«Роснефть» против АФК «Система»: государственный интерес или корпоративная выгода?

Аналитика
«Роснефть» против АФК «Система»: государственный интерес или корпоративная выгода?
«Роснефть» против АФК «Система»: государственный интерес или корпоративная выгода?
7 июля 2017, 11:10Екатерина Красовская
Аналитики считают, что претензии «Роснефти» к «Системе» – сигнал о недопущении впредь разрушения единого хозяйственного комплекса ради сиюминутной прибыли

6 мая 2017 года ПАО НК «Роснефть» подало иск к АФК «Система» с требованием возместить 106,6 млрд руб. (170,6 млрд руб. с учетом курсовых разниц) – убыток от реорганизации АНК «Башнефть» в 2014 году. Исковые требования предъявлены в пользу «Башнефти», пакет которой «Роснефть» приобрела в октябре 2016 года. Компания утверждает, что «Система», владевшая контрольным пакетом акций «Башнефти» с 2009 по 2014 год, была недобросовестным акционером и нанесла башкирской компании ущерб, в том числе путем вывода активов и денежных средств в виде дивидендов.

В лице «Роснефти» выступает государство

«Роснефть» действует в интересах государства, говорят эксперты, а судебное разбирательство – продолжение курса по борьбе с коррупцией, обозначенного президентом РФ Владимиром Путиным. Государство не устраивало то, что произошло с комплексом БашТЭКа при управлении им «Системой»: дробление и вывод активов, разделение хозяйственного комплекса на части в угоду корпоративным интересам. С учетом того, каким непрозрачным образом были получены «Системой» активы, государство с помощью «Роснефти» пытается «восстановить справедливость».

Претензии «Роснефти» к «Системе» обоснованы, считает член Комитета по энергетической стратегии и развитию ТЭК Торгово-промышленной палаты Российской Федерации, ведущий эксперт Союза нефтегазопромышленников России Рустам Танкаев.

«Все, что делали люди «Системы», делалось сознательно»,

– говорит Танкаев.

Справедливости ищет и правительство Башкортостана, миноритарий «Башнефти».

«За неполные два года владения пакетом в 25% плюс одна акция республика получила более 20 млрд руб. дивидендов и благотворительной помощи, – сказал в интервью глава Республики Башкортостан Рустэм Хамитов. – По итогам 2017 года эта сумма достигнет 30 млрд руб. Это огромные ресурсы, через которые мы смогли решить значимое количество вопросов в республике».

Пакет акций, на выделении которого настоял Владимир Путин, власти Башкортостана будут отстаивать вместе с «Роснефтью» до конца.

Большинство отраслевых аналитиков считают, что претензии «Роснефти» к «Системе» – сигнал о недопущении впредь разрушения единого хозяйственного комплекса ради сиюминутной прибыли.

Происходящее в суде – принципиально, говорит член Совета ТПП РФ по промышленному развитию и повышению конкурентоспособности экономики Юрий Крупнов.

«Пора подвести итог бизнесу, связанному с получением большого куска госимущества и последующим выводом из него активов. Девяностые годы давно закончились, – подчеркивает Крупнов. – Речь не о конкретном активе, а о том, чтобы не допускать подобного впредь. Мы или берем курс на капитализацию государственного имущества, бережем его и не позволяем растаскивать, или не создаем эффективную экономику – все вновь созданное тут же будет распродано».

Проблема в том, подчеркивает эксперт, что корпоративные интересы почти никогда не совпадают с благом для общества.

«В последние 30 лет корпоративные интересы идут против государства. Не потому что кто-то «плохой» – так действует экономическая система. Если позволять полноценные действующие активы «оптимизировать» до обломков, – не важно, какими практиками окупаемости руководствуются корпорации, – ущерб наносится экономике всей страны. Существовавшие производственные и хозяйственные связи разорваны, а реальную выгоду для страны приносит целостный хозяйственный комплекс», – говорит Крупнов.

История вопроса

Развал БашТЭКа начался в 2005 году, когда «Система» за $600 млн приобрела блокирующий пакет акций «Башнефти». В марте 2009 года «Система» купила контрольные пакеты акций «Уфанефтехима», «Уфаоргсинтеза», Уфимского НПЗ, «Новойла» и «Башкирнефтепродукта». Продавцы – башкирские благотворительные фонды. Им акции, ранее являвшиеся собственностью республики, передал сын бывшего главы Башкирии Урал Рахимов. Урал (против него заведено уголовное дело) проживает в Вене, причем правительство Австрии не намерено решать вопрос его экстрадиции.

В 2012 году 50,2% акций «Башкирэнерго», дочерней структуры «Башнефти», были обменены на 49% акций ЗАО «Система-Инвест». Позднее «Башкирэнерго» разделили на ООО «Башкирская генерирующая компания» и ООО «Башкирская энергосетевая компания» (БЭСК). Первую в 2012 году приобрело ИнтерРАО за 14 млрд руб., вторая (ныне – ООО «БЭСК») – единственный поставщик энергии для «Башнефти».

В июле 2014 года 70% акций «Башнефти» были арестованы в рамках уголовного дела. Затем фигурантом уголовного дела стал и Рахимов. Экс-сенатор Игорь Изместьев подтвердил, что тот похитил имущество Башкирии на $7 млрд, включая активы, перешедшие к «Системе».

Понимая, что приобретенные у Рахимова предприятия могут снова перейти государству, руководство «Системы» начало вывод денежных средств и активов.

Весной 2014 года «Системе» в обмен на акции «Башнефти» на 57,2 млрд руб. были переданы 49% акций «Системы-Инвеста». Акции нефтяной компании позднее были погашены по решению акционеров: «Система» не хотела терять контрольный пакет из-за их возможной продажи. У миноритариев, не согласных с реорганизацией, «Башнефть» выкупила акции на 12,4 млрд руб., также погасив их. В том же году «Система» избавилась от займов на 36,6 млрд руб., ранее полученных от «Башнефти» для покупки акций.

В конце октября 2014 года 71,6% акций «Башнефти» были по суду возвращены в госсобственность. На исполнение решения потребовалось более двух месяцев, в которые тогдашние топ-менеджеры «Башнефти» работали особенно активно. Так, были утверждены сделки по продаже нефтепродуктов на 443 млрд руб. Кроме того, «Система» дораспределила прибыль «Башнефти» за 2013 год, выплатив почти 37 млрд руб. дивидендов.

После решения суда о возвращении пакета «Башнефти» СМИ со ссылкой на известного в Башкортостане журналиста, депутата Курултая (парламента) РБ Ильдара Исангулова отмечали, что «в собственность государства вернулось менее половины того, что Евтушенков приобрел у Урала Рахимова».

И хотя нефтесервисный «Таргин» «Система» в декабре 2016 года продала «Роснефти» практически по цене покупки 2014 года (4,1 млрд руб.), «Башкирэнерго» и «Уфаоргсинтез» остались за периметром сделки по покупке «Роснефтью» пакета «Башнефти» (они были выведены «Системой»).

Именно реорганизация «Башнефти» в 2014 году, из-за которой она лишилась контроля над «Системой-Инвест» и, значит, над «Башкирской сетевой компанией» и «Уфаоргсинтезом», а также списание долга стали причиной иска на такую сумму.

Дивиденды для «Системы»

Деньги, потраченные «Системой» на покупку «Башнефти», сразу стали изыматься путем выплаты дивидендов.

По данным сайта «Башнефти», в 2009 году компания выплатила 22,5 млрд руб. дивидендов, в 2010 году – 48,3 млрд руб., в 2011-м – 20,3 млрд руб. По итогам 2012 года выплачено 5,3 млрд руб., в 2013 году – 82,7 млрд руб. Большая часть отошла «Системе». Дивиденды за 2014 год составили 20,1 млрд руб. Но «либеральная общественность» предпочитает не замечать, что «Система» неплохо «заработала» на покупке.

«Систему» пытаются представить пострадавшей от админресурса, но она пожинает плоды собственного посева, – комментирует политолог Аббас Галлямов. – При поддержке силовиков она заходила в Башкирию. Не считаясь с мнением властей и населением, установила контроль над «Башнефтью» и управляла ею, как считала нужным, опираясь на административный ресурс. Она могла укорениться в регионе, отстроив систему социальной поддержки, коммуникации с населением. Этого сделано не было. «Система» осталась временщиком. Стоит ли удивляться, что все заканчивается именно так».

Башкирский ТЭК разрушили в угоду корпоративным интересам

Аспект, который все называют ключевым, – вывод сервисных активов из «Башнефти». Развален единый комплекс, доход получила «Система» – основной акционер.

С 2009 года в течение нескольких лет нефтесервисные (буровые, ремонтные, транспортные) подразделения «Башнефти» были выведены как «затратные». Делалось это для повышения рыночной капитализации «Системы» и возможности под формирующуюся ВИНК привлекать кредиты для других бизнесов. Это породило проблемы не только для выделенных активов, но и всего Башкортостана.

«Это были не детские садики, а подразделения, необходимые для функционирования компании», – уточняет Шамиль Валеев, работавший в «Башнефти» в то время, когда ее приобрела «Система».

Созданные для обслуживания ее потребностей, они оказались вне «периметра». Фирмы с минимальным количеством сотрудников, устаревшим оборудованием или совсем без него (по словам Валеева, «стол, стул и ручка») должны были конкурировать с такими гигантами, как Schlumberger. Мелким фирмам предлагали участие в тендерах на общих условиях и рекомендовали поискать счастья на стороне. А «Башнефть» была вынуждена закупать ресурсы часто по завышенным расценкам.

«Механизмом «отсечения лишней плоти» БашТЭКа стала жесточайшая тендерная политика, проводившаяся представителями ижевского клана, привлеченными первым президентом «системовской» «Башнефти» Хорошавцевым, – рассказал Валеев. – Для заказа гайки, задвижки или кувалды, нужных прямо сейчас, месяцами заполняли ворох бумаг. Строгость и принципиальность не помешали «Башнефти» приобрести удмуртскую сеть автозаправок «АСПЭК», которую на рынке связывали с Хорошавцевым».

Особенно больно «вывод за периметр» ударил по градо- и селообразующим предприятиям в районах присутствия «Башнефти». Зарплаты у работников выделенных подразделений неуклонно снижались. Спрос на высококвалифицированных специалистов появился со стороны крупных нефтедобывающих проектов. Люди стали переезжать в ХМАО, на Крайний Север, где были более востребованы. В результате стали «загибаться» поселки и небольшие города, выросшие вокруг НГДУ.

На сегодня маятниковая миграция (работа вахтовым методом) в РБ составляет до 200 тыс. человек. Подоходный налог бывшие работники «Башнефти» платят «на Северах», возвращаясь с подорванным здоровьем как потребители социальных услуг.

«Разделение коллектива – часть программы захвата активов. Специально были созданы условия, при которых наиболее активная часть работников была вынуждена уйти, обеспечивая места для пришлых менеджеров. В «Системе» делали это намеренно»,

– говорит Танкаев.

От реорганизации пострадал республиканский бюджет: компания формировала и продолжает формировать от четверти до трети налоговых поступлений Башкирии. Значительная часть доходов регионального бюджета формируется за счет налога на прибыль крупных компаний, работающих на территории республики. Отсутствие у властей Башкирии достаточного административного ресурса для контроля прозрачного отражения прибыли в отчетности «Системы» позволяло региональному правительству брать лишь то, что дают.

Взамен компания подписала с Башкортостаном «социальный договор», сумма которого составляла чуть более 1 млрд руб. в год, увеличившись в последние годы до 1,5 млрд руб. В региональном бюджете (100-150 млрд руб.) поступления от соцдоговоров, инициированных «Системой», составляли не более 1%.

Оптимизация в ущерб качеству

Шамиль Валеев рассказывает, что вывод сервисных подразделений и введение жесткой системы тендеров не лучшим образом отразились на «Башнефти». Кроме бюрократии, была проблема качества закупаемых услуг, оборудования и материалов. Крайний прагматизм, стремление максимально удешевить закупки, выжав ресурсы из работающего оборудования, и сэкономить на материалах наносили ущерб производству.

Рустам Танкаев, наоборот, считает, что «Система» осуществляла управление на должном уровне. Он приводит в пример получение лицензий на разработку месторождений им. Требса и Титова и оснащение Уфимского НПЗ, которое в некоторых случаях даже превосходит аналогичное производство в Австрии.

Но Танкаев согласен, что вывод активов при «Системе» был нерациональным.

«Впечатление, что владельцы «Башнефти» при том, что они в общем-то грамотно управляли компанией, не рассчитывали долго ею владеть. Сняли все, что можно было снять в виде дивидендов. Вывели все, что можно было вывести в виде вспомогательных подразделений, а средства от продажи загадочным образом затерялись»,

– говорит он.

Вопросы вызывает и модернизация предприятий.

Глава РБ Рустэм Хамитов отмечает, что в «Роснефти» видит компанию, которая пришла надолго.

«Роснефть» с «Башнефтью» планомерно начинают модернизацию. Это инвестиции, рабочие места, работа для наших компаний, занимающихся сервисным обслуживанием промышленных гигантов», – сказал Хамитов в своем интервью. Новый собственник стал активно привлекать башкирских производителей оборудования и проектные институты.

«Раньше этого не было, – рассказал глава Башкортостана. – На сегодня почти на 100% загружено катализаторное производство в городе Ишимбай. Ранее «Башнефть» покупала катализаторы за рубежом, а загрузка ишимбайского завода была проблемой».

Суд решит, а остальные сделают выводы

Сможет ли государство в лице «Роснефти» получить возмещение за реорганизацию «Башнефти», решит суд. Но факт, что успешно функционировавший хозяйственный комплекс БашТЭКа разрушен, стал поводом задуматься – чьи интересы преследуют «эффективные менеджеры»?

За 82 млрд руб. Евтушенков получил компанию, из которой было изъято 57 млрд руб. деньгами и еще 106,6 (170 с учетом курса) млрд руб. – активами. А Башкортостан получил предприятия, которые живут по суровым законам рынка, а не кооперации.

Нынешний иск – сигнал, что в 2000-х нельзя безнаказанно проделывать с государственной и республиканской собственностью то, что было принято в 90-х. Коррупционные схемы так или иначе станут достоянием общественности, после чего будут приняты меры. Пока, видимо, бизнесмены из «лихих девяностых» это не осознали.

Самое важное в противостоянии «Роснефти» и «Системы» – создание у «эффективных менеджеров» понимания, что в стремлении выжать максимальную прибыль не стоит забывать об интересах страны.

«Происходящее – не просто межкорпоративный спор. Это вопрос такой же эпохальный, как собирание земель, известное из учебников истории. Это собирание государственных хозяйственных активов для того, чтобы они работали на страну. Иначе мы, с учетом цен на нефть и санкций, никогда не выведем экономику из кризиса, – говорит Юрий Крупнов. – Или мы будем создавать новые хозяйственные комплексы, или будем вариться в «рациональном» менеджменте, выгода от которого не всегда очевидна».

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter