Новая методика оценки фискальной нагрузки: свет и тени

14 февраля 2019, 15:53
Методика расчета налоговой нагрузки, скорее всего, будет пересмотрена для изъятия прибылей из сырьевых и низкотехнологичных секторов для обеспечения реализации национальных проектов и стратегических инициатив
Сюжет
Россия

По поручению вице-премьера Дмитрия Козака Минэкономразвития РФ подготовило новую методику оценки фискальной нагрузки на разные отрасли экономики и конкретные компании. Ведомство считает целесообразным сложить все налоговые платежи компании с расходами на услуги естественных монополий, после чего разделить на добавленную стоимость, которую создает предприятие, за вычетом амортизации. Добавленная стоимость рассчитывается как операционная выручка за вычетом операционных расходов.

Ожидается, что новая методика станет предметом дополнительного обсуждения у Козака. После этого, возможно, появятся предложения по выравниваю фискальной нагрузки на разные отрасли. Но уже сейчас эксперты весьма неоднозначно отзываются о методике.

Как отмечает Тамара Сафонова, доцент кафедры международной коммерции Высшей школы корпоративного управления РАНХиГС, инвесторы находятся в неопределенности относительно будущего фискального режима в РФ, а без доверия инвесторов невозможно активизировать процесс накопления капитала и развитие собственных производственных мощностей.

«Перераспределение налоговой нагрузки на разные отрасли — новый стресс для предприятий и инвесторов. Если цель методики — выявление дополнительных возможностей пополнения федерального бюджета, то новые предложения явно ухудшат экономическую составляющую предприятий-налогоплательщиков»,

— полагает Сафонова.

Минэкономразвития подсчитало по методике, у кого наибольшая налоговая нагрузка. Абсолютный лидер — «Роснефть» с рекордными 83%. Самые нагруженные налогами отрасли относятся к ТЭК: нефтяная, угольная и газовая. Наименьшее бремя у автомобильной промышленности: АвтоВАЗа (0%), ГАЗа (4%), КамАЗа (19%).

Не совсем понятно, как получился 0% у АвтоВАЗа: для этого нужно, чтобы, согласно формуле, существующие налоги + услуги естественных монополий были равны нулю.

Можно ли предположить, что нагрузка в объеме 83% с «Роснефти», активно инвестирующей в зарубежные активы, должна перераспределиться на другие компании?!

«Обеспечение бюджетной устойчивости необходимо прежде всего для создания благоприятных условий экономического роста, снижения риска для инвестиций в российский бизнес.

«Налоговый маневр» в нефтяной сфере начат в сентябре 2013 г. Его результаты, с одной стороны, ориентированы на максимальное бюджетное наполнение, с другой — мы видим технологический результат: ни одного нового НПЗ мощностью более 1 млн т нефти в год с 2013 г.»,

— говорит Сафонова.

Эксперт дополняет, что в результате налогового маневра экспорт нефти из России за 2018 г. составляет 46% объема добычи, а добавленную стоимость от переработки российской нефти получают страны — импортеры сырья.

«Бюджетная политика способна ускорять экономическую динамику за счет как улучшения макроэкономических показателей, так и совершенствования структуры налогов и стабильности законодательной базы», — поясняет она.

В 2018 г. принят Федеральный закон «О внесении изменений в часть вторую Налогового кодекса РФ», предусматривающий базовые цены на моторное топливо, и механизм компенсаций для НПЗ, включая отрицательный акциз и демпфирующую компоненту. Но все чаще рассматривается вопрос внесения изменений в закон и введения плавающего (гибкого) акциза на нефтепродукты.

«Для непрерывности технологических процессов переработки и улучшения инвестиционного климата в отрасли важно прежде всего иметь сбалансированную и стабильную систему налогообложения, адаптированную к изменениям конъюнктуры мировых цен на нефть и нефтепродукты», — убеждена Сафонова.

Андрей Цибульский, адвокат Коллегии адвокатов города Москвы «Барщевский и Партнеры», обращает внимание, что идея разработать методику определения фискальной нагрузки по отраслям экономики не нова. Определением фискальной нагрузки можно эффективно регулировать как привлечение инвестиций, так и увеличение поступлений в бюджет, причем не опасаясь возложить на ту или иную отрасль неподъемные налоги.

«При определении нагрузки важен выбор критериев и механизм расчета нагрузки.

Расхожая точка зрения — восприятие ТЭК как отрасли с необоснованными сверхприбылями. Но предлагаемая Минэкономразвития РФ модель определения фискальной нагрузки демонстрирует перегруженность налогами предприятий ТЭК»,

— комментирует он.

Но, учитывая разницу в подходах и, как следствие, включение разных критериев подсчета, Минфин РФ имеет другую точку зрения на текущую фискальную нагрузку предприятий ТЭК. Предлагая исключить из расчетных величин НДПИ, Минфин РФ резко снижает показатели нагрузки на отрасль.

«Такая позиция имеет право на существование, поскольку направлена в первую очередь на защиту доходной части бюджета. Такая «игра цифр» и показывает значение методики для дальнейшего развития экономики в целом, если подойти к ее разработке исключительно как к способу оценки перегруженности отраслей. Не ставя во главу угла попытку лоббировать налоговые льготы для определенных отраслей или сохранить показатели бюджета», — говорит Цибульский.

По его мнению, сбалансированная методика в будущем может служить камертоном для принятия фискальных решений как в сторону дополнительного налогообложения, так и предоставления льгот для увеличения инвестиционной привлекательности. Пока же обе точки зрения влекут для бизнеса только прогнозируемое увеличение налоговой нагрузки.

В свою очередь Антон Быков, главный аналитик Центра аналитики и финансовых технологий, считает, что для оценки разработанного Минэкономразвития РФ механизма определения фискальной нагрузки на бизнес нужно понять, зачем нужен этот механизм.

«Попытка объяснить его создание фискальной «справедливостью» представляется несколько наивной, с какой бы стороны мы ни пытались его рассмотреть», — убежден Быков.

Если речь о том, что уровень налоговой нагрузки в ТЭК слишком высок, возникает ряд вопросов: а от чего считать?

Какой бенчмарк? Если речь о том, что методика будет стимулировать новейшие отрасли экономики, то почему используется только один критерий инновационности — добавленная стоимость? Сделать справедливую оценку на основе одного показателя невозможно.

«Вероятно, цель методики не в том, чтобы стать инструментом исправления фискальной несправедливости, и не в том, чтобы стать механизмом, ускоряющим переход от экспортно-сырьевой модели экономики за счет стимулирования инновационных предприятий. Думается, все заключается в необходимости дополнительных финансовых средств для ТЭК, которые государство не хочет выделять», — полагает Быков.

Действительно, дополняет эксперт, последние заявления властей говорят именно об этом. Козак, излагая на недавнем заседании Совета Федерации перспективы развития отрасли, указал на рост себестоимости добычи и необходимость инвестиций в современные технологии. Старые месторождения истощаются, растет доля трудноизвлекаемых запасов.

По мнению эксперта, государство могло бы профинансировать это за счет снижения налогов для компаний ТЭК, получив обязательство направить высвободившиеся ресурсы на модернизацию и разведку месторождений. Но российские финансовые и экономические власти, как видно, готовятся к длительному ухудшению внутренней и внешней экономической обстановки.

Это значит, что государство не готово тратить накопленные запасы и отчаянно ищет другие источники финансирования.

«Вспомним, как правительство России изыскивало средства на реализацию национальных проектов... Видимо, пришло время изыскивать деньги на модернизацию ТЭК. Но если в первом случае пояса пришлось затягивать гражданам, пришло время металлургов. Именно эта отрасль может в большей степени пострадать»,

— считает Быков.

По его словам, если инициатива «выравнивания» нагрузки на бизнес будет исполнена, компании ТЭК получат возможности для модернизации и увеличения разведанных запасов, а предприятия других отраслей российской экономики будут это оплачивать. И при этом совершенно неважен механизм, определяющий уровень налоговой нагрузки отраслей и предприятий, он все равно будет настроен соответствующим образом.

Гайдар Гасанов, эксперт «Международного финансового центра», отмечает, что прежде, чем переходить на новые методики, следует помнить, что общая экономическая ситуация в России не демонстрирует стремительного роста. Если говорить об отраслях, то, так или иначе, алюминиевая отрасль находится под надзором США. А распределение налоговой нагрузки по отраслям может послужить высоким давлением на бизнес.

«Мы прекрасно понимаем, что бюджет в основном формируется за счет нефтегазового сектора. Если, как было выяснено Минэкономразвития, самая высокая нагрузка приходится на «Роснефть», необходимо создать, возможно, индивидуальные условия для компаний, при которых они смогли бы лучше развиваться, но без негативного отражения на другие компании и отрасли.

Не говоря уже про малый бизнес, которому правительство обещало дать «зеленый свет». Но повышение НДС с начала года сказало обратное»,

— комментирует Гасанов.

По его мнению, в силу сложившихся рыночных условий и общей экономической ситуации в стране данная инициатива, возможно, и хорошая, но несвоевременная. Поскольку налоговая нагрузка, к примеру, в металлургической или химической промышленности может привести к банкротству компаний из данной отрасли.

«Если мы хотим увеличить темпы роста экономики и обеспечить рост ВВП, налоговая система должна не только обеспечивать доходы бюджета, но и стимулировать развитие любого рода бизнеса. Тем более что Россия находится под санкциями и за последние 4,5 года кое-как адаптировалась и пытается выйти на новый уровень экономического развития», — убежден Гасанов.

Между тем Алексей Калинин, директор практики государственного консалтинга SBS Consulting, считает, что непосредственно к каким-либо последствиям методика привести не может — на то она и методика.

С точки зрения получаемой нагрузки высокую дают отраслям с большими налогами и платежами (что естественно) и маленькой добавленной стоимостью — то есть, как изначально и предполагалось, сырьевым.

По его мнению, в силу того, что никакого «нового знания» не открывается, новый способ расчета не решает задачу обоснования дополнительных изъятий из ТЭК. Эта отрасль и так облагается заведомо более высокими налогами, чем обрабатывающие отрасли. Повышать налоги на отрасли машиностроения никто не будет: рентабельность и так не самая высокая, да и декларируемому принципу «чем выше добавленная стоимость, тем ниже налогообложение» такой подход будет противоречить.

«Остаются отрасли первого-второго передела: металлургия, крупнотоннажная химия, лесопромышленный комплекс. Здесь действительно могут быть какие-то отраслевые решения, в том числе направленные на управление рентабельностью и выравнивание условий для смежных технологических уровней», — полагает эксперт.

Например, по данным ФНС России, рентабельность продукции лесоводства и лесозаготовок в 2017 г. была 5,4%, а в смежном целлюлозно-бумажном производстве — 20,5% (для сравнения: в добыче нефти и газа — 25,2%).

«Таким образом, методика расчета налоговой нагрузки, скорее всего, будет пересмотрена в интересах именно решения изначально заявлявшейся задачи — изъятия «слишком высоких», по мнению государства, прибылей из сырьевых и низкотехнологичных секторов для обеспечения реализации национальных проектов и стратегических инициатив», — заключил Калинин.

Мария Ромашкина