Сказано — сделано

Сказано — сделано
Новость

20 июня 2006, 15:52
Специалисты комментируют создание нефтяной биржи в России Многолетние разговоры о необходимости создания в России «настоящей» нефтяной биржи до сих пор имели суррогатный результат - в виде ряда попыток, более или менее жизнеспособных, по поддержанию торговых площадок, на которых встречались продавцы и покупатели неких объемов нефтяной и прочей продукции.

Специалисты комментируют создание нефтяной биржи в России

Многолетние разговоры о необходимости создания в России «настоящей» нефтяной биржи до сих пор имели суррогатный результат - в виде ряда попыток, более или менее жизнеспособных, по поддержанию торговых площадок, на которых встречались продавцы и покупатели неких объемов нефтяной и прочей продукции. На основе этого опыта стал очевиден вывод: в силу сложившейся вертикальной структуры отрасли нефтяная биржа бессмысленна и потому невозможна, ввиду отсутствия продавцов. Владельцы основных объемов добываемой в России нефти - ВИНК - в ней не нуждаются.

Но последний призыв президента к организации в России биржи по торговле нефтью и нефтепродуктами содержал в себе нечто большее, чем организация площадки для отдельных продавцов и покупателей. Идея получилась политически выверенной, размах - глобальным. Цели и задачи свидетельствуют о продвинутой стадии ее отработки кремлевскими аналитиками: минимизация несоответствия стоимости нефти сорта Urals сорту Brent на международных биржах, организация свободного рынка торговли нефтью и нефтепродуктами внутри страны и решение проблемы конвертируемости рубля. В такой постановке призыв возымел конкретный результат, и довольно быстро.

С 8 июня 2006 года в рамках РТС обращаются расчетные контракты (фьючерсы и опционы) на экспортную нефть Urals, дизельное и авиационное топливо, а также мазут. Расчеты осуществляются в рублях, на основе ценовой информации, предоставляемой агентством Platts. Предложение этих финансовых инструментов, по словам президента РТС Олега Сафонова, в дальнейшем «создаст предпосылки для создания полноценного биржевого товарного рынка в России».

Вместе с тем, что касается реальной основы для биржевой торговли нефтью в России, то экономическая незаинтересованность в ней основных производителей нефти остается актуальной. Правда, на ином политическом фоне… «НиК» попросил прокомментировать это событие профессионалов и потенциальных участников создаваемой биржи. Причем в «ЛУКОЙЛе» официально отказались от комментариев по данному поводу.

Анатолий Гавриленко, президент Российского биржевого союза

— Напомню, в 1999 году бывший президент также изъявил свою волю создать рынок фьючерсов по нефти — не получилось. Не все так просто. Во-первых, к процессу должны быть очень активно привлечены производители и трейдеры. На сегодняшний день я не вижу с их стороны большой активности. Хотя есть определенные компании, которые заинтересованы и, думаю, этот проект поддержат.

Второе, без государевой поддержки в этом плане очень сложно будет что-то сделать. Если нашему молодому развивающемуся рынку не помочь нормативными «сигналами» со стороны государства — очень сложно будет что-то построить, потому что многих устраивают трансфертные цены.

Это начало сложного пути. Всем вертикально выстроенным компаниям биржевой рынок с коммерческой точки зрения практически не интересен. Очень много конкретных коммерческих структур, которым это совершенно не нужно и которым это даже вредит.

Биржевая торговля нужна землепашцам, которые при сегодняшней ситуации не могут взять деньги в кредит, потому что не знают, сколько будет стоить зерно в сентябре. Она нужна энергетикам, которые не знают, во что им обойдется мазут, чтобы правильно выстроить свою политику по выставлению цен нам, потребителям. Что касается реальной торговли, не расчетными, а поставочными контрактами на нефть и нефтепродукты, то об этом говорить рано. Я был бы счастлив, если бы удалось запустить рынок расчетный. Давайте сначала посмотрим — кто будет торговать. Если это будут исключительно одни финансовые структуры, то я не думаю, что дело получит развитие. Если же нам удастся все-таки привлечь товаропроизводителя, то тогда есть шанс начать реальную торговлю.

Сергей Ежов, заместитель директора Топливно-энергетического независимого института

— Что касается организации «бумажного» фьючерсного контракта на Urals, то это легко можно себе представить, и этот вопрос носит в значительной степени технический характер. При этом расчет будет осуществляться по цене Urals по данным Platts. Так что если контракт будет успешен — это принципиально ничего не меняет в системе ценообразования.

Другое дело поставочный контракт, предусматривающий реальную поставку сырой нефти. В этом случае возникает новый ценовой индикатор. Но вероятность такого развития событий мала. Непонятно, как привлечь участников торгов на биржу, как их заинтересовать в торговле здесь, да еще и за рубли. Если, например, продавцу прикажут продавать через биржу, скажем, при помощи механизма доступа к трубе, то это, мягко говоря, не совсем рыночная ситуация. Надеюсь, до этого дело не дойдет.

На зарубежных биржах все наоборот — создается площадка, когда в ней есть потребность у продавцов и покупателей и есть развитый внебиржевой рынок. Наши компании не высказывают таких пожеланий, их вполне устраивает нынешняя система реализации продукции.

У нас основная проблема не с экспортом, а на внутреннем рынке — с определением внутренней цены на нефть. И изначально, еще в прошлом веке, речь о нефтяной бирже заходила применительно именно к внутреннему рынку. Позднее появились темы разницы цен на марки Brent и Urals, а теперь еще и конвертации рубля. Как мне кажется, эти задачи решили скрестить при помощи создания нефтяной биржи. Но проблема определения цен на внутреннем рынке остается. На мой взгляд, если все же будет принято решение о создании биржевых поставочных контрактов, то начинать надо с фьючерсов на нефтепродукты, а уже потом переходить к торговле сырой нефтью (как это происходило на ведущих мировых биржах в Лондоне и Нью-Йорке).

Надо заметить, что развитие зарубежных бирж шло в другом порядке: в первоначальный период была высока доля реальных поставок физического товара по контрактам и основные участники были реальными хеджерами, а уже потом, по мере того, как этот рынок расширялся, приходили спекулянты. Возможность расчетов по контрактам по расчетной цене без реальной поставки товара также внедрена на мировых биржах относительно недавно, до этого расчеты должны были осуществляться только реальным товаром. У нас же и здесь пошли наоборот — от торговли «бумажными» контрактами к товарному рынку.

Необычный, конечно, эксперимент, но, с другой стороны, он не является опасным по сравнению, например, с изменениями налоговой системы. Пока он никого ни к чему не обязывает. Интересно, что из этого получится.

Яков Рудерман, генеральный директор ООО «ИГ «Петромаркет»

— Открытие на РТС торгов фьючерсными контрактами на нефть сорта Urals, дизельное топливо и мазут, в которых «базовыми активами» выступают котировки агентства Platts для северо-западной Европы, вероятно, может привлечь спекулянтов. Но привлечет ли этот «бумажный» рынок представителей реального сектора и портфельных инвесторов, трудно сказать. Если это и произойдет, то явно не сегодня. Гипотетическим плюсом новой площадки по сравнению с международными фьючерсными биржами для хеджеров может оказаться разве что возможность снижения базисных рисков, поскольку контракты рассчитаны непосредственно на российскую нефть и продукты российского качества. Следует также подчеркнуть, что предлагаемые инструменты ни в коей мере не ориентированы на участников внутреннего нефтяного рынка.

Что касается организации биржи для торговли физическим товаром, то реализация такого проекта, по всей видимости, возможна только в «добровольно-принудительном» порядке, поскольку интереса к этой идее не проявляют основные рыночные игроки — российские нефтяные компании. Более того, если масштабы принуждения окажутся значительными, то организация биржи способна дезорганизовать сложившийся и вполне удовлетворительно функционирующий рынок. При этом организаторам биржи придется столкнуться с массой трудностей, возможности преодоления которых далеко не очевидны….

Как (и нужно ли) стандартизовать контракты и что делать с сырьем и продуктами нестандартного качества или торгуемыми на нестандартных базисах? Как обеспечить ликвидность, достаточную для того, чтобы биржевая цена реально могла служить рыночным маркером? Как синхронизировать биржевые торги нефтью и процедуры согласования договоров с «Транснефтью» на транспортировку проданного/купленного товара? Как преодолеть монополизм ВИНК в нефтепереработке, без чего биржевая торговля нефтью в значительной мере теряет смысл? Это лишь несколько вопросов из многих, на которые предстоит ответить.

Главным же остается вопрос — будут ли достигнуты цели, ради которых затевается этот проект? Если в отношении повышения прозрачности рынка еще можно говорить с некоторой надеждой, то ожидать, что организация биржи будет способствовать снижению цен на топлива, вряд ли стоит. Движение цен на российском нефтепродуктовом рынке (по крайней мере на оптовом) определяется набором известных и вполне объективных факторов, а не пресловутым «сговором», о котором так любят говорить правительственные чиновники. И если через биржу предполагается совершать закупки топлив для государственных нужд, то весьма сомнительно, что это позволит сэкономить бюджетные средства. При масштабных внебиржевых закупках (например, на открытых аукционных торгах) в условиях конкуренции между продавцами есть возможность добиться серьезных скидок по отношению к «среднерыночной» цене, чего никак нельзя сделать на бирже, где, напротив, большой спрос способен только поднять цену.

Впрочем, и прозрачности рынка можно добиться иным путем, о чем свидетельствует опыт того же агентства Platts, чьими котировками пользуются трейдеры всего мира.

Владимир Воевода, глава департамента информации НК «Роснефть»

— Компания «Роснефть», безусловно, поддерживает все инициативы руководства страны, направленные на укрепление в отечественной экономике рыночных механизмов.

Как известно, идея создания нефтяной биржи обсуждается очень давно, и мало кто принципиально оспаривает ее необходимость. Насколько нам известно, в настоящее время разработкой концепции внедрения биржевых механизмов в топливно-энергетическом комплексе занимается Минэкономразвития. Очевидно, что для этого у него имеется конкретное поручение, поставлена задача. Поэтому когда МЭРТ предложит хотя бы предварительный проект, который, по мнению разработчиков, мог бы удовлетворить будущих участников биржевого рынка, тогда будет что обсуждать. С нашей стороны мы в принципе готовы оказать министерству в этом отношении любую требующуюся поддержку.

Виктор Вексельберг, исполнительный директор по развитию газового бизнеса ТНК-BP

— Тема организации биржевой торговли обсуждается уже не первый год. Я надеюсь, что импульс, приданный президентом этому процессу, позволит перейти от обсуждений к практической стадии реализации.

Например, газовая биржевая площадка может стать действенным механизмом создания прозрачного и эффективного рынка газа внутри страны, обеспечить в своих рамках свободное ценообразование и создать возможность для независимых производителей продавать производимые объемы газа. Это, в свою очередь, позволит создать устойчивый баланс между спросом и предложением газа внутри страны, сгладить сезонные колебания в спросе и обеспечении российских потребителей.

Что касается нефтяной биржи, то необходимость в ней существует, поскольку около 10% сырья добывается теми компаниями, которые не имеют вообще никакой нефтепереработки, а также малыми и средними нефтяными компаниями, которые испытывают трудности с реализацией небольших объемов нефти. Крупные же нефтяные компании при помощи биржи смогут на внутреннем рынке получить адекватный индикатор цены на нефть.

Создание прозрачных рынков в равной степени выгодно как производителям, так и потребителям. Оно служит общему повышению эффективности и конкурентоспособности национальной экономики и в конечном счете повышению уровня жизни россиян.

Елена Корзун, генеральный директор «АссоНефти»

— На самом деле пока еще сложно сказать, каковы будут перспективы биржевой торговли нефтью и нефтепродуктами в России для нефтедобывающих организаций, входящих в нашу ассоциацию, потому что малые и средние независимые компании не могут оказывать существенного влияния на рынок, производя всего не более 5% от объемов физических поставок. В этом смысле мы будем зависеть от крупных ВИНК с большими объемами так же, как, например, зависим сегодня от них в нефтепереработке.

Вместе с тем товарная нефтяная биржа в рыночном плане — это шаг вперед, если она будет иметь достаточное количество продавцов и покупателей, однозначно определять внутреннюю ликвидную цену на нефть и нефтепродукты, иметь большой объем торгов. На такую биржу, безусловно, будут ориентироваться. И наша ассоциация будет только приветствовать те силы и тех людей, которые окажутся способны организовать такую торговую площадку, привлечь на нее нефтяные ресурсы, чтобы туда могли прийти все и воспользоваться интересными биржевыми инструментами, чтобы эта площадка была удобна.

В настоящее время есть несколько предложений и со стороны РТС, и со стороны Нью-Йоркской биржи по открытию торгов расчетными контрактами на российскую экспортную смесь Rebco (Russian export blend crude oil) с последующей организацией торгов контрактами на поставку. Однако это только первые шаги по созданию набора инструментов биржевой торговли, физические поставки — более далекая перспектива. Кроме того, экспортная смесь Rebco должна утвердиться на международном рынке в качестве базисного сорта нефти. Вопрос достаточно сложен, но решаем.

Если все же такая биржа будет создаваться, то самое главное для нас — сохранить существующую ныне систему распределения права доступа к транспортным мощностям, чтобы те права, которые есть сегодня у малых и средних независимых нефтедобывающих компаний, не были ущемлены — я имею в виду равноправный доступ к экспортной трубопроводной системе «Транснефти». Для нас важно, чтобы это было неизменно. Хотелось бы, чтобы создание биржи повлияло на развитие добросовестной конкуренции и не привело к появлению какой-нибудь очередной монополии на будущую биржевую инфраструктуру физических поставок и отгрузку торгуемых объемов нефти и нефтепродуктов на экспорт.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter