Сколько можно взять у «Газпрома»?

4 октября 11:08
Фото: ПАО "Газпром"
И неизбежна ли либерализация внутреннего рынка газа?

Все меньше российского газа идет в Евросоюз, и все больше налогов придется платить «Газпрому» в российский бюджет. В этом году увеличение фискальной нагрузки газовый концерн не сильно беспокоит: он может себе позволить и новые налоги, и экспортные каникулы, поскольку за шесть месяцев 2022-го заработал рекордную сумму. Но никто не знает, что будет дальше. Ведь экспорт «Газпрома» падает, а фискальные запросы растут в геометрической прогрессии.

Согласно последним данным «Газпрома», в январе–сентябре 2022 года компания добыла 313,3 млрд кубометров газа. Это на 17,1% (на 64,8 млрд кубометров) меньше, чем в прошлом году. Спрос на газ компании на внутреннем рынке за этот период уменьшился на 4,1% (на 7,2 млрд кубометров). Продажа газа за рубеж составили 86,9 млрд кубометров — на 40,4% (на 58,9 млрд куб. м) меньше, чем за тот же период 2021 года.

Однако средняя цена экспорта «Газпрома» в дальнее зарубежье за первое полугодие 2022 года более чем в 3,5 раза превысила цену за аналогичный период 2021 года. Так, в прошлом году компания продавала сырье по средней цене $274 за тысячу кубометров, а в 2022 за $691. Поэтому чистая прибыль компании только за первое полугодие 2022 года составила 2,514 трлн рублей или примерно $41 млрд, что в 2,6 раза превышает показатель за первое полугодие 2021 года. Кстати, в прошлом году «Газпром» продал сетевого газа 203,5 млрд кубометров на сумму $55,5 млрд, в 2020 году физический объем экспорта компании составлял 199,2 млрд кубометров, выручка — $25,25 млрд.

Между тем экспортное будущее «Газпрома» в европейском направлении пока весьма туманно. «Северные потоки» взорваны, «Ямал-Европа» не работает. Остается только часть украинского транзита (40 млн кубометров в сутки) и «Турецкий поток». По данным европейской сети операторов газотранспортных систем (ENTSOG), объем экспорта российского газа в Европу по газопроводу «Турецкий поток» в последнюю неделю сентября снизился примерно на 20-25% по сравнению с показателями аналогичного периода прошлого месяца.

«Интерфакс» и Bloomberg, ознакомившись с проектом российского бюджета, уже написали, что экспорт природного газа из России в 2022 году может составить 142 млрд кубометров. В бюджет 2023, 2024 и 2025 годов поставки заложены на уровне 125,2 млрд кубометров. Средняя цена газа для 2023 года — $592,2, в 2024 — $477,1 и в 2025 году — $400,1. Эти суммы выше показателей 2021 года, но и прогнозируемое снижение экспорта весьма ощутимо — с 203 млрд до 125 млрд кубометров.

Ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, эксперт Финансового университета при Правительстве РФ Игорь Юшков отметил, что экспортные потери «Газпрома» будут очень большими, и ситуация для компании изменится радикально:

«Есть высокая вероятность, что к концу 2022 года „Газпром“ в западном направлении сможет экспортировать только по газопроводам „Турецкий поток“ и „Голубой поток“. В настоящее время „Северные потоки“ не работают, „Ямал-Европа“ не работает, через Украину идет только 40% от законтрактованных объемов через ГИС „Суджа“. Не исключено, что эти объемы обнулятся, так как оператор украинской ГТС подает в арбитраж на „Газпром“ за то, что концерн якобы недоплачивает за транзит. Соответственно, российский концерн обвиняет оператора ГТС Украины в невыполнении обязательств по транзиту газа. Эти взаимные претензии могут скоро привести к остановке прокачки газа через газотранспортную систему Украины. В связи с этим к концу 2022 года „Газпром“ может экспортировать газ в западном направлении только по газопроводам „Турецкий поток“ и „Голубой поток“. То есть в Европу будет идти 15,75 млрд кубометров газа, это если брать мощность одной нитки „Турецкого потока“. При этом в саму Турцию „Газпром“ поставляет примерно 35-40 млрд кубов. „Сила Сибири“ — это 20-25 млрд кубов. Плюс страны ближнего зарубежья, например, в Белоруссию идет порядка 15-20 млрд кубометров. Суммарно выйдет около 100 млрд кубометров, падение экспорта будет больше чем в два раза»,

— пояснил эксперт.

Он подчеркнул, что быстро экспортные объемы «Газпрому» перенаправить не получится, даже если заключат контракт с Китаем о строительстве «Силы Сибири-2» мощностью 50 млрд кубометров, все равно до начала поставок пройдет в лучшем случае 3-4 года. «Газпром» будет вынужден просто сокращать добычу по мере сжатия экспорта. Восполнять эти потери в денежном выражении будет сложно.

При этом налоги с «национального достояния» хотят брать в гораздо большем количестве. Еще в июле президент России подписал закон, увеличивающий в 2022 году поступления от налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ) для «Газпрома» на 1,248 трлн рублей за 3 месяца за счет надбавки к налогу. В 2023 году дополнительный НДПИ для «Газпрома» составит не менее 600 млрд рублей, а дополнительная экспортная пошлина на газ — почти 462 млрд рублей. То есть газовому концерну придется отдать помимо существующих налогов еще триллион, в то же время его экспорт прогнозируемо будет падать.

Возникает вполне закономерный вопрос, а, собственно, откуда «Газпром» возьмет эти деньги? Самым доступным источником в этой ситуации представляется внутренний рынок. Напомним, что идея либерализации газового рынка России уже давно витает в воздухе. По этому поводу написано много документов. В частности, в стратегии развития российской энергетики до 2035 года, которую разрабатывало в 2015 году Минэнерго РФ, содержался следующий пункт:

«Чтобы решить задачу по росту и диверсификации экспорта, нужна полная либерализация внутреннего рынка газа, в том числе в части ценообразования».

В настоящее время задача по развитию новых экспортных коридоров стоит еще острее, чем семь лет назад, да и геополитических проблем стало больше, поэтому к обсуждению вопроса изменения внутреннего рынка могут вернуться. Кстати, в июле 2022 года глава комитета Госдумы по энергетике Павел Завальный уже заявлял о том, что ценообразование на внутреннем рынке газа для промышленности нужно либерализовывать из-за смены моделей, субсидирования за счет экспорта газа не будет.

Главный директор по энергетическому направлению Института энергетики и финансов Алексей Громов считает, что решения, которые приняли российские финансовые власти относительно увеличение налоговой нагрузки на компанию, направлены в первую очередь на исполнение краткосрочных задач — наполнение бюджета в этом и особенно следующем году:

«Для „Газпрома“ это будет означать сокращение инвестпрограмм при необходимости развития экспортной инфраструктуры на Востоке страны, есть шанс, что нужно будет запускать строительство газопровода „Сила Сибири-2“. Считаю, что в таких условиях „Газпром“ будет инициировать обсуждение в правительстве вопроса о постепенной либерализации внутреннего рынка газа для повышения цен на нем. Но пока это, в первую очередь, будет затрагивать промышленных потребителей и электрогенерацию»,

— считает Громов.

Он напомнил, что уже несколько лет ведется обсуждение проблемы фактического отсутствия в России внутреннего рынка газа:

«В настоящее время внутренний рынок работает на основе тарифов и перекрестного субсидирования населения за счет промышленности. Раньше „Газпром“ мирился с таким положением дел, поскольку получал доход от экспорта газа, позволяющий ему компенсировать поставки на внутренний рынок. Но ситуация изменилась. В интересах „Газпрома“ как минимум поднять этот вопрос и донести его до правительства. Как будет походить обсуждение, неизвестно, но, мне кажется, что либерализация рынка газа в текущих условиях — это неизбежное явление»,

— заявил Громов.

Заместитель гендиректора Фонда национальной энергетической безопасности Алексей Гривач, напротив, считает, что хотя вопрос либерализации внутреннего рынка газа и уход от перекрестного субсидирования обсуждается 20 лет, сейчас неподходящий момент для ускоренного роста цен на газ для населения, если, конечно, власти не собираются усиливать социально-политическую напряженность в стране:

«Планируется внеочередная индексация цен на газ для российских потребителей на 9%. Однако все средства, которые получит „Газпром“ как поставщик, Минфин собирается изъять в казну через повышение налога на добычу»,

— уточнил эксперт. При этом он считает, что сейчас для новых газоемких проектов внутри России теоретически открывается окно возможностей:

«Раньше была некоторая проблема с получением лимитов газа, сейчас инвесторам, если таковые найдутся, будет гораздо проще получить доступ к газу. Задача государства в лице правительства и Минпромторга привлечь этих инвесторов из России и дружественных стран»,

— подчеркнул Гривач.

Заместитель генерального директора Института национальной энергетики Александр Фролов заметил, что экспортные поставки газа сокращаются, а экспортная пошлина на газ является вторым по величине нефтегазовым налогом, первым с большим отрывом идет НДПИ на нефть:

«Объем собираемой экспортной пошлины заметно сократится, если только упадут цены на газ. В 4-м квартале 2022 года поставки „Газпрома“ в Евросоюз должны составить 7-7,5 млрд кубов — это очень мало. Но уровень цен на них будет порядка $1500 за тысячу кубометров. Соответственно, эти 7,5 млрд кубометров обеспечат кратно большую выручку, чем такой же объем экспорта в первой половине 2021 года, тогда цены на газ были порядка $250. Поэтому выручка от 7,5 млрд кубометров 2022 году равна выручке примерно за 40 млрд кубометров в первой половине 2021 года»,

— заметил Фролов.

Он напомнил, что размер экспортной пошлины — это примерно 30% от рыночной цены газа:

«Поэтому если поставки в ЕС сохранятся на уровне 20-30 млрд кубометров в год, при сохранении уровня цен $1000-1500, то это будет одна стратегия государства. В случае падения стоимости газа ситуация начнет развиваться по-другому. Ведь при низких ценах из ЕС произойдет отток СПГ в Азию. То есть на энергорынке Европы образуется газовая дыра, которую надо будет чем-то заполнять»,

— пояснил эксперт.

Фролов уточнил, что сейчас есть три сценария развития ситуации с наполняемостью бюджета от экспортных пошлин на газ, и все они подразумевают падение поставок сырья из России в Евросоюз относительно 2021 года:

«Первый сценарий — это сохранение высоких цен, второй — низкие цены, но дефицит газа в ЕС, который придется восполнять поставками из РФ. Оба сценария подразумевают, что выручка „Газпрома“ останется на высоком уровне за счет рынка Евросоюза. При таком развитии событий менять отношение к внутренним ценам на газ правительство, скорее всего, не будет. Третий наиболее неблагоприятный сценарий — это падение цен и выручки „Газпрома“, когда стоимость газа снизилась, а поставки в ЕС не восстанавливаются. Я считаю, что нужно ориентироваться именно на самое неблагоприятное развитие ситуации. И тут правительству России надо сразу ответить на главный вопрос: мы хотим поддерживать внутреннего потребителя газа, хотим поддерживать внутреннего промышленного производителя? Если ответ будет утвердительным, то за счет внутренних цен на газ не стоит решать сиюминутные задачи. Ведь сейчас для российской экономики главное — это провести реиндустриализацию, которая скрывается под термином импортозамещения. Без низких цен на энергоносители, это будет сделать гораздо сложнее»,

— заявил эксперт.

По его словам, позиция «Газпрома» по отношению к внутреннему рынку останется банальной — дальше продолжать газификацию населения, транспорта, обеспечивать крупных потребителей газа. Государству же стоит стимулировать появление этих крупных потребителей, а для этого нужно умеренно относиться к ценам на газ:

«Одна из главных задач, которую сейчас должно решить государство, — это сохранение социальной стабильности. Российское общество в 2022 году уже получило достаточное количество раздражителей, поэтому дополнительный раздражитель в виде роста цен на газ будет явно лишним»,

— подчеркнул Фролов.

Игорь Юшков предположил, что «Газпром», возможно, попытается настаивать на том, чтобы повышенная налоговая нагрузка была только в этом году:

«Плюс к этому „Газпром“ будет лоббировать улучшение своих конкурентных позиций на внутреннем рынке — индексация тарифов на газ, а также возможность предоставления скидок для внутреннего потребителя. Напомню, что сейчас если тарифы поднимаются, „Газпром“ обязан продавать сырье именно по этому тарифу, а независимые производители могут давать скидку. Кроме того „Газпром“, скорее всего, захочет увеличение тарифа на прокачку газа по территории России и начнет экономить на ряде проектов. В частности, уже возникают вопросы по реализации проекта в Усть-Луге. Не исключено, что компания попросит государственное субсидирование для выполнения программы газификации населения»,

— рассказал Юшков.

Тем не менее эксперт считает, что все эти меры не покроют выпадающих экспортных доходов:

«В 2022 году „Газпром“ компенсировал сокращения объемов экспорта за счет очень высоких цен на газ в Европе. С Турцией и Китаем такой компенсации не получится, с энергокомпаниями этих стран контракты привязаны к стоимости нефти»,

— заметил Юшков.

По его словам, «Газпром» наверняка захочет лоббировать рост цен на внутреннем рынке, но в нынешней ситуации государство должно понимать, что дешевый газ — это конкурентное преимущество России:

«Дешевый газ дает конкурентное преимущество промышленности страны. Кроме того подорожание газа — это большой риск роста социальной напряженности. Низкая стоимость газа во многом воспринимается населением как элемент социальной справедливости. Государству нужно относиться к этому вопросу осторожно и искать иные способы компенсации выпадающих доходов „Газпрома“. Но я не исключаю, что компания как минимум добьется индексации тарифов на газ на уровне инфляции. Это будет неким компромиссом»,

— указал эксперт.

При этом Юшков считает, что пока правительство не будет проводить радикальные реформы на газовом рынке, и все правила игры останутся прежними:

«Пока все идет под девизом — не трогай то, что нормально работает. Несколько лет назад у „Газпрома“ действительно была идея выйти на внутреннем рынке на равно доходность. То есть цены на газ в России должны были подняты до европейского уровня за вычетом экспортных пошлин и стоимость доставки. Но последние годы такой стратегии у концерна нет, поскольку появилась большая конкуренция со стороны независимых производителей. Поэтому сейчас просто лоббировать повышение цен „Газпрому“ не выгодно»,

— резюмировал эксперт.

Эксперт Фонда национальной энергетической безопасности и Финансового университета Станислав Митрахович подтвердил, что «Газпром» в первую очередь будет искать другие рынки сбыта для своего газа:

«В ЕС „Газпром“ поставлял 150 млрд кубометров. Эти объемы и надо перенаправлять. Это, прежде всего, Азия — Китай и Индия, потенциально Вьетнам и Пакистан»,

— заявил эксперт. При этом он уточнил, что для роста экспорта в Китай нужно строить еще одну трубу:

«Как только будет подписан контракт по „Силе Сибири-2“ начнется стройка. Но она продлится года три, а то и больше. Это позволит перенаправить 55 млрд газа в год. Кроме трубы КНР нужен СПГ. Для экспорта сжиженного газа необходима российская технология крупнотоннажного сжижения. Хотелось бы видеть национальный проект, объединяющий усилия ключевых энергетических и технологических компаний под эгидой правительства, где было бы расписано, кто и что делает для создания российской технологии крупнотоннажного сжижения. Необходимо также развитие внутреннего спроса на газ — газификация, ГСМ. Кроме того масштабный спрос могут дать новые химические и металлургические проекты, если они будут реализованы»,

— рассказал Митрахович.

Касаясь налоговой нагрузки, он отметил, что в условиях роста военных расходов государство вынуждено больше денег собирать с нефтегазового сектора:

«Газпрому» нужно будет отдать бюджету более 2 трлн рублей дополнительных налогов за несколько лет. Но для того, чтобы «Газпром» аккумулировал средства для развития технологий крупнотоннажного сжижения и построил новые трубы в Китай, ему нужны будут деньги. Поэтому, возможно, все же будет выработан какой-то компромисс — часть налогов не повышаем или имеем границу поднятия НДПИ, но «Газпром» предоставляет свои наработки по крупнотоннажному сжижению»,

— пояснил эксперт.