Изображение материала

Турецкие газовые качели: рынок, где все очень «тонко»

22 сентября 09:05
Объемы транзита через Турцию, как и ее импорт российских углеводородов в 2022-м, растут, но в перспективе есть много нерешенных вопросов.
Сюжет
Турция

В свете практически полной остановки Nord Stream, снижению объемов прокачки по украинской ГТС, прекращения экспорта российского газа по «Ямал-Европе» и простаивающем «Северном потоке-2», Турция становится все более важным транзитером газа. Причем и для ЕС, и для РФ. Если добавить к этому еще и факт роста объемов прокачки по «Турецкому потоку» в 2021-м (15,98 млрд кубометров — наивысший показатель с момента ввода в эксплуатацию), то значимость Анкары возрастает еще больше.

Однако работа с турецким газовым рынком, как и статус Анкары в качестве транзитера, имеют ряд особенностей для экспорта голубого топлива из РФ. Москве, особенно сегодня, следует учитывать, что «погода» на этом рынке может иногда меняться, причем как в худшую, так и в лучшую для РФ сторону.

В 2019 году экспорт российского газа в Турцию сократился на 35% — до 15,510 млрд кубометров (против 23,964 млрд кубометров в 2018-м). В 2020-м показатель вырос до 16,4 млрд. В 2021 году произошел еще более ощутимый скачок — Россия поставила в Турцию 26,7 млрд кубометров, что составило почти 45% от всей потребности Анкары в газе за год. По итогам 2021 года был зафиксирован самый высокий объем прокачки по «Голубому потоку», запущенному с 2003 года — 15,98 млрд (при максимальной мощности в 16 млрд). Надо признать, что такой рост был обусловлен, в первую очередь, ослаблением ограничений, связанных с пандемией в 2020-м. В 2021 году турецкая экономика, оправляясь от COVID-19, а также за счет газификации внутри страны, серьезно увеличила спрос — до рекордных 61 млрд кубометров.

В первом полугодии 2022-го Турция импортировала из России 14,64 млрд кубометров газа, что как справедливо отметили в Daily Sabah, является самым большим объемом за такой период с 2017 года. Более того, 19 сентября министр энергетики и природных ресурсов Турции Фатих Донмез заявил, что 25% поставляемого в страну российского газа в ближайшее время будет оплачиваться в рублях. В условиях санкций со стороны США и ЕС против РФ, подобную тенденцию можно рассматривать как положительную, поскольку такая часть сделки купли-продажи газа не будет зависеть от прихоти финансовых регуляторов Запада.

Важно отметить, что в последние годы Турция увеличивает потребление газа внутри страны. В 2020 году, когда экономику страны накрыла пандемия, показатель равнялся 48 млрд кубометров. Это больше чем в 2019-м на 6,9%. Надо признать, что рост потребления газа был во многом связан с более сухой погодой, из-за чего гидроэнергетику пришлось заменять газовой генерацией электричества (рост потребления станций в 2020-м увеличился на 23,5% — до 12,6 млрд кубометров). Впрочем, в турецком агентстве Anadolu тогда подчеркнули, что увеличили потребление газа и домашние хозяйства — на 8,7%.

В 2021 году потребление выросло до 61 млрд кубометров, при этом Анкара последовательно расширяет объем своих ПХГ. В начале 2022-го в Botas заявили, что планируется нарастить объем ПХГ Силиври с 2,8 до 4,6 млрд кубометров, ПХГ Туз Гелю — с 1,2 млрд до 5,4 млрд. В целом же страна должна нарастить максимальную вместимость ПХГ на 20% — до 10 млрд кубометров.

Все эти тенденции (увеличение импорта и потребления внутри страны) делают турецкий газовый рынок крайне интересным и перспективным для РФ. Более того, есть еще одна «изюминка», благодаря которой «Турецкий поток» более выгоден Москве, чем «Голубой поток». Турция не просто так нарастила объемы поставок именно в последнем трубопроводе на максимум. Ценообразование газа, прокачанного по этим двум магистралям, отличается.

Стоимость углеводородов в «Голубом потоке» для Анкары по контракту (истекает в 2026-м) формируется по формуле, основанной на ценах на нефть. Благодаря этому сейчас Турция покупает газ из этой магистрали по цене до $800 за тыс. кубометров. А вот с «Турецким потоком» сегодня для Анкары все сложнее в финансовом плане. Газ из этой магистрали обходится примерно в $1400 за тыс. кубометров. В 2020-м, когда запускался этот трубопровод, Турция не захотела подписывать долгосрочный контракт на закупку природного газа для этой магистрали, поскольку цены на природный газ на спотовом рынке СПГ были ниже, чем стоимость по формуле с нефтяной привязкой. Россия предложила формулу, основанную на 70% от цены спотового рынка СПГ плюс цена за баррель сырой нефти марки Brent. Теперь руководство Турции регулярно поднимает вопрос о предоставлении скидки в диалоге с Москвой, в том числе в ходе недавней встречи президента РФ Владимира Путина и его турецкого коллеги Реджепа Эрдогана на полях саммита ШОС. Будет она предоставлена или нет и в каком объеме — покажет время, однако поставки газа в любом случае продолжатся.

«Трубопровод „Турецкий поток“ состоит из двух ниток — одна для потребления внутри Турции, а другая — для Южной Европы, так называемого Балканского потока. Даже если будет дальнейшая эскалация между РФ и ЕС, прокачка газа для Анкары вообще не пострадает. Если, конечно, последняя не решит присоединиться к санкциям Запада, что маловероятно»,

— поделился мнением с НиК» главный директор по энергетическому направлению Института энергетики и финансов Алексей Громов.

Другое дело, считает эксперт, насколько надежен сам по себе турецкий рынок. События последних лет показали, что как только на рынке возникает благоприятная ситуация, Анкара быстро переключается на СПГ, благо терминалы для этого у нее имеются. В Турции есть два терминала и два FSRU, которые хранят, газифицируют и транспортируют СПГ со спотового рынка. Один завод по производству СПГ и один FSRU находятся в ведении госкомпании Botas (планирует построить третий FSRU в заливе Сарос). Два других объекта эксплуатируются частным сектором (плюс строится объект на побережье Черного моря). Общая мощность по регазификации Турции составляет примерно 45-50 млрд кубометров в год, т. е. почти годовое потребление страны.

«Если же говорить о текущем моменте и ближайшем годе, то все ожидают большого напряжения на мировом рынке газа и высоких цен, следовательно, Анкара заинтересована в российском трубопроводном газе, особенно по долгосрочным контрактам. Да, Турция использовала европейскую модель ценообразования при заключении договоренностей с „Газпромом“ по поставкам через „Турецкий поток“ и теперь платит за газ больше, чем в случае с углеводородами из „Голубого потока“. Однако не исключено, что российский холдинг пересмотрит условия по ценообразованию „Турецкого потока“. Все-таки „Газпром“ это сделал по отношению к европейским покупателям, правда, в обратном направлении (те как раз требовали изменить ценообразование в пользу спотовых сделок). Турции в условиях высокой волатильности рынка нужен надежный поставщик, а РФ — надежный покупатель»,

— считает Алексей Громов.

Впрочем, эксперт подчеркнул, что в ближайшее время менять условия контрактов ни РФ, ни Турция не захотят. На рынке большая турбулентность, а это не время для заключения долгосрочных сделок. Даже пересмотр в пользу ценообразования с привязкой к нефтяным котировкам может оказаться пагубным. До конца непонятно, как на рынок нефти повлияет эмбарго Европы против углеводородов из РФ.

«Надо признать, что при всех потенциальных минусах (будут покупать больше СПГ при благоприятной для них конъюнктуре) турецкого рынка, есть и потенциальные плюсы. Если на рынке сложится такая ситуация, что СПГ для Анкары будет слишком уж дорогим, а Европа снизит закупки газа из „Турецкого потока“, Анкара начнет закупать европейские объемы для своего рынка, чему „Газпром“, разумеется, только обрадуется. Но это при соответствующем стечении обстоятельств. Пока же южно-европейские государства выбирают из „Турецкого потока“ максимальные объемы»,

— резюмировал Алексей Громов.

Азербайджан и Турция все чаще говорят о возможности расширения газовой магистрали TANAP (связывает эти две страны), а также TAP (продолжение магистрали, связывающее Турцию и Южную Европу). В сентябре президент Азербайджана Ильхам Алиев заявил, что его страна хочет вдвое увеличить объемы прокачки по этим трубопроводам: TANAP — до 32 млрд кубометров в год, TAP — до 20 млрд. С одной стороны, это объективный конкурент российскому газу, причем не только на европейском рынке, но и на турецком, а с другой — такие амбиции Баку упираются в целый спектр технических и экономических сложностей.

По данным Минэнерго Азербайджана, общий объем экспорта газа в 2021 году составил 18,9 млрд кубометров. Из них в Турцию — 8,5 млрд, в Европу — 8,2 млрд, в Грузию — 2,2 млрд. Проектная мощность TANAP сегодня позволяет Азербайджану увеличить объемы поставок своего газа с 16 млрд до примерно 24 млрд в год, но только за счет постройки двух дополнительных компрессорных станций. Для этого нужны крупные суммы и инвесторы, которых Баку пока не нашел. Если же речь пойдет об увеличении до 32 млрд кубометров в год, то даже дополнительными станциями не обойтись, это уже более масштабные работы, которые потребуют еще больших денег и времени. С TAP все еще сложнее. По словам управляющего директора трубопроводной компании TAP AG Лука Шиппати, пропускная способность магистрали может быть доведена (без строительства новой трубы) до 12 млрд кубометров в год. 20 млрд, о которых в сентябре сказал Алиев — это, разумеется, тоже более масштабные работы и необходимость поиска инвесторов, о которых пока ничего не слышно.

Выходит, желание у Азербайджана нарастить объемы прокачки (не только в ЕС, но и в Турцию) есть, но вот кто и когда его будет реализовывать — неясно. Вполне вероятно, что Анкара, учитывая ее горький опыт оплаты газа по спотовым ценам в 2021-2022-м, захочет заключить новый контракт с Баку (если расширение TANAP действительно состоится) с привязкой к нефтяным котировкам. Однако трудно сказать, захочет ли Азербайджан тратить средства на увеличение газодобычи и инфраструктуру по транспортировке газа ради такой сделки. Этот сценарий маловероятен, но РФ все же не следует на 100% исключать такой ход событий, следовательно, понимать, что на турецком рынке теоретически может стать еще «теснее» из-за больших объемов азербайджанского газа.

Не последнюю роль в импорте газа Турции играет и Иран, хотя надо признать, что в последние годы поставки из этой страны (по газопроводу) по разным причинам снижаются, а иногда даже вообще останавливаются. В 2019 году объем прокачки в Турцию составил около 7,7 млрд кубометров. В 2020-м сократился на 31,2% — до 5,3 млрд. Одной из причин снижения тогда стал ремонт после взрыва на трубопроводе в марте 2020 года, который занял 2 месяца — больше времени, чем ожидалось. Несмотря на это Тегеран все равно важный игрок на турецком рынке. Даже учитывая очередные сбои поставок в январе 2021-го, за первые 10 месяцев 2021 года Иран де-факто обеспечил 16% потребностей Турции в природном газе. Другой вопрос, что уже долгие годы нет никаких предпосылок для увеличения поставок по этому направлению. У Ирана, конечно, есть задачи по наращиванию газодобычи, но в этой стране есть и большой внутренний спрос на сырье (транспортная отрасль, генерация энергии, газохимия), который продолжает расти.

В последние годы турецкий рынок все активнее наполняется СПГ. За 2019-й Анкара закупила 12 млрд кубометров сжиженного газа. За 2020-й — примерно 14,8 млрд (32% от импорта газа). Число поставщиков при этом весьма внушительное: США, Алжир, Нигерия, Экваториальная Гвинея, Ангола, Камерун, Норвегия, Египет, Тринидад и Тобаго, а также Франция и Испания (не трудно догадаться, что в последних случаях это был спотовый газ). Кстати, больше всего отличился Алжир — 5,6 млрд. Наибольшая динамика роста закупок спотового СПГ наблюдалась за счет поставок из Катара (вырос на 32,1% — до 3,2 млрд) и США (на 144% — до 3 млрд). В целом, с 2014 года по 2020-й в Турции при снижении поставок по трубопроводам шел параллельный процесс — увеличение закупок СПГ.

 

Турецкая Botas закупала СПГ в основном через тендеры на поставку нескольких партий у компаний BP, Shell, Vitol и Total, которые, в свою очередь, имеют долгосрочные контракты с производителями сжиженного газа в США и других странах-экспортерах СПГ. В отдельные месяцы 2021-го из США приходило больше партий сжиженного газа, чем обычно. К примеру, в феврале Турция получила 15 танкеров из США. На тот момент это было больше, чем объем закупок из Америки крупнейшими азиатскими импортерами СПГ — Южной Кореей, Японией и Китаем — вместе взятыми. Однако в целом 2021 год стал переломным моментом, когда объемы импорта сжиженного газа Турции стали впервые за долгие годы снижаться. По итогам 2021-го страна закупила 14 млрд СПГ (почти на 11% меньше прошлого года). Очевидно, сыграла роль нестандартная ситуация на мировом газовом рынке, когда после «ковидного» 2020-го, во время которого спотовый СПГ стоил рекордно мало, в 2021 году произошел обратный процесс, т. е. цена СПГ на споте росла рекордными темпами, достигая отметки $2000 и даже выше (особенно зимой, в том числе и начале 2022-го).

Однако, несмотря на эту тенденцию к снижению, объем закупок Турцией из США не уменьшился в начале 2022-го. Напротив, в I квартале Турция импортировала из Америки 3,6 млрд кубометров (хотя за весь 2021-й из этой страны было импортировано 4,7 млрд). Анкару не отпугнули высокие на тот момент цены. Более того, весной она даже решила провести некий эксперимент — взять кредит для таких поставок. В апреле Botas договорилась с Deutsche Bank о получении кредита на $1,1 млрд для закупок СПГ. Как писал тогда Bloomberg, кредит был гарантирован министерством финансов и казначейства Турции и имел срок погашения до пяти лет (с возможностью удвоения объема кредита). Впрочем, если цены на газ, особенно спотовый, будут и дальше такими же высокими как сейчас ($1500-2000 за тыс. кубометров), вряд ли турецкая Botas или другие компании захотят постоянно брать такого рода кредиты. Сейчас они на это готовы, поскольку правительство Турции пытается бороться с инфляцией, пребывающей на 20-летнем максимуме, а значит, нельзя перекладывать расходы за дорогой газ на потребителей. Однако в будущем это делать все равно придется, как и выплачивать кредиты.

Можно заключить, что СПГ играет важную роль на турецком рынке, но в ближайшие годы, а возможно, даже десятилетия он вряд ли критически нарастит долю в импорте Анкары, поскольку в каком-то смысле «уперся в потолок». Другой вопрос, что и сдавать позиции сжиженный газ на турецком рынке тоже вряд ли будет, играя роль удобного инструмента для закупок на споте, разумеется, когда цена голубого топлива выгодна покупателю.

В Турции в последние годы активизировались работы по разведке и бурению газа на собственной территории. Анкара в течение 4 лет проводит геологоразведочные работы на шельфе, в основном в Черном море. Буровые суда «Канюки», «Явуз» и «Фатих» продолжают свою работу у берегов Черного моря. Ведутся поиски и на шельфе Средиземного моря, причем за последние годы уже было несколько инцидентов с блокированием турецкими кораблями судов европейских компаний, ведущих разведку на побережье Кипра (спорных территорий, часть которых Турция считает своими).

В июне Турция приступила к укладке 170-километрового газопровода по дну Черного моря к месторождению «Сакарья» (запасы оцениваются в 400 млрд кубометров). Параллельно с этим на побережье Черного моря началась постройка завода Filyos по переработке природного газа. Турецкие СМИ уверяют, что газ, добытый из 6-10 скважин в Черном море, начнет поступать в страну уже в 2023 году. Объем, правда, не очень большой — около 3-4 млрд кубометров в год. Когда добыча на «Сакарье» достигнет пика, то Анкара ожидает уже примерно 15 млрд кубометров в год. Впрочем, для Турции это уже достижение, а для поставщиков вроде РФ — отрицательная тенденция, поскольку на рынке добавляется конкурент.

Другой вопрос, что новых реальных «побед» в разведке и добыче на шельфе Средиземного, в первую очередь у берегов Кипра и на западном побережье Турции, и Черного морей у Анкары пока нет. Это значит, что Москве надо держать в уме, пусть и не взрывной, но все же потенциальный рост внутренней добычи у своего соседа.

В итоге Турция для РФ — это не тот рынок сбыта, который гарантированно будет все время увеличивать спрос. Напротив, он теоретически может в средне- и долгосрочной перспективе наполниться азербайджанским голубым топливом, газом от собственной добычи и ситуативно — СПГ. С другой стороны, есть определенная уверенность, что Анкара от большей части российского газа полностью все равно не откажется в силу экономических причин, а значит Турция — это покупатель, пусть и частично нестабильный, но во многом предсказуемый.