Изображение материала

Миллионы баррелей утекают по-черному, часть вторая

24 августа 11:29
Миллионы баррелей утекают по-черному, часть 2: злоумышленники переходят на более высокий технологический уровень

Украдут везде, был бы спрос

Хищения нефти доставляют проблемы и Индии — стране, которая большую часть своего спроса покрывает за счет импорта. Истории о кражах из нефтепроводов в последние годы стали описываться в местной прессе все чаще. Особенно это касается инцидентов на магистрали между городами Джайпур и Матхура. При этом даже о примерных объемах хищений почти ничего не говорится.

Летом 2022 года, как пишет India.com, стало известно о краже в районе Дауса в Раджастане. Сырая нефть была изъята из трубопровода Индийской нефтяной корпорации (IOC), причем весьма высокотехнологичным способом. Кражи были систематическими, однако местные власти не смогли замять этот случай, поскольку в июне 2022-го из-за незаконной откачки на нефтепроводе возник пожар, который не могли потушить около 10 часов. Когда полиция провела расследование, были сделаны ошеломительные выводы. Нефть воровалась из нефтепровода почти рядом с полицейским участком в городе Махва (в 200 метрах от здания), причем делалось это на протяжении двух лет (незаконная откачка шла через секретный тоннель под землей). Об объемах, которые незаконно откачивались, в СМИ и официальных заявлениях чиновников — ни слова. Впрочем, вряд ли речь шла о небольшом количестве углеводородов, поскольку этот трубопровод является одним из крупнейших в стране. По нему ежегодно прокачивается более 30 млн тонн нефти из Матхуры на побережье штата Гуджарат, где сырье поступает на НПЗ, которые перерабатывают его в топливо для экспорта. Этот случай говорит о том, что при попустительстве властей (очевидно, что врезка была сделана при содействии коррумпированных чиновников) и изобретательности злоумышленников можно воровать нефть даже в крайне густонаселенной стране, а близость силовых структур к месту кражи — это совсем не проблема.

Не останавливает злоумышленников и отдаленность нефтепроводов от густонаселенных территорий. Это видно на примере России. Более того, воруют не только нефть, но и составляющие самой конструкции магистрали. В середине июня этого года в ЛУКОЙЛе сообщили о незначительном разливе нефтесодержащей жидкости на Джъерском месторождении в Сосногорском районе Республики Коми. Причина — хищение неизвестными задвижек и части труб на недействующей выкидной линии одной из скважин.

Разумеется, крадут в РФ и сами углеводороды. Такая практика в больших масштабах идет с начала 1990-х. С годами злоумышленники переходили на все более высокий технологический уровень. В 2013 году самыми неблагополучными регионами с точки зрения криминальных врезок в трубопроводы являлись Самарская область, Республика Дагестан, а также Иркутская и Ленинградская области. На них приходилось до 50% всех несанкционированных заборов нефти. По оценкам различных экспертов, в 2013 году и несколько лет до этого каждый год в России похищалось около 5 млн тонн нефти.

В 2017 году в «Транснефти» заявляли, что только из трубопроводов этой компании каждый год незаконно извлекают более 100 тыс. тонн нефти. Нужно признать, что число краж (именно нефти), по крайней мере по официальным заявлениям компаний, в последние годы уменьшается. По данным той же «Транснефти», с 2018 года кража из магистральных нефтепроводов (МН) стала более редким событием, однако в 2018–2019 годах количество случаев незаконной врезки в магистральные нефтепродуктопроводы (МНПП) увеличилось.

При этом отдельные случаи с применением высокотехнологичного оборудования при краже нефти становятся уже привычным делом. В 2019 году в Челябинской области правоохранительные органы смогли поймать преступников, которые делали врезки в магистральные нефтепроводы Уфа — Петропавловск, Уфа — Омск и Нижневартовск — Курган — Куйбышев. Через свои собственные коммуникации (общий метраж проложенных под землей труб составил около 700 метров) преступники за два года выкачали почти 8 тыс. тонн нефти.

При этом нередки случаи, когда злоумышленников в юридическом поле достаточно трудно сразу привлечь к ответственности. В 2018 году были пойманы с поличным воры, сливавшие нефть из нефтепровода Тихорецк — Новороссийск-1. Чтобы доказать их вину, пришлось потратить много времени, причем дошло даже до предложений вырезать из нефтепровода часть трубы, где была сделана несанкционированная врезка, чтобы отправить ее на экспертизу. Преступникам в итоге дали срок (два и четыре года), но на вынесение решения суда ушел целый год.

В России также происходят случаи, когда кражей нефти занимаются сотрудники компаний. К примеру, в августе 2021-го были арестованы и привлечены к ответственности трое работников «Роснефти». Пользуясь своим служебным положением, они скрытно перевозили нефть, добытую из скважины компании, на НПЗ, с владельцем которого предварительно договорились о нелегальном сбыте сырья. В итоге было похищено 95 тонн нефти.

В целом нет точных данных о том, сколько было украдено нефти за последний год во всей стране. Но судя по сообщениям нефтегазовых компаний, число краж если не сокращается, то хотя бы не растет. Однако надо признать, что незаконная откачка нефти становится все более высокотехнологичной и изощренной. В 2020 году объем контрафактного топлива в РФ оценивался более чем в $6 млрд, а раз есть готовый продукт, значит, есть и стабильные поставки краденого сырья. Это говорит о том, что те, кто незаконно откачивает из трубопроводов нефть, как правило, уже давно работают в этой сфере и создали, по сути, свой «серый» рынок топлива внутри рынка легального.

Решение вопроса безопасности поможет всему рынку  

ОПЕК прогнозирует увеличение мирового спроса на нефть в 2023 году примерно с 99,5 млн б/с до 102,99 млн б/с. Учитывая многочисленные проблемы, мешающие ряду стран-экспортеров нарастить объемы добычи, вполне вероятно, что предложение в следующем году может попросту не успеть за спросом. Вбросы национальных резервов нефти на мировой рынок, которыми сейчас занимается Белый дом США, вряд ли решат эту проблему. Впрочем, неизвестно, что к 2023 году будет со стратегическими запасами нефти США. Увеличение количества электромобилей тоже не решит потенциальную проблему нехватки нефти на рынке. Доля электротранспорта в мировом автопарке еще слишком мала для выполнения такой задачи.

Нефтегазовая отрасль начиная с 2020 года почти во всех странах получала минимум инвестиций, поэтому, даже если сейчас инвесторы начнут массово вкладывать в разработку новых месторождений, рынок не получит в кратчайшие сроки дополнительных объемов нефти. При текущей конъюнктуре новые инвестиции по большей части просто дадут возможность нефтегазовым компаниям восполнить те объемы добычи, которые постепенно сокращаются из-за давно используемых месторождений.

А вот решение проблем безопасности и пресечение массовых хищений нефти, разумеется со многими оговорками и поправкой на специфику проблемы в каждой стране, могли бы дать мировому рынку действительно «бонусные» объемы нефти. На первый взгляд может показаться, что кража углеводородов в ряде стран — это капля в море по сравнению с миллионами баррелей, которые добываются в мире, и даже по сравнению с добычей внутри отдельной страны.

Что такое для Мексики 2,2 млн краденой нефти в месяц, когда она добывает 1,9 млн б/с? Колумбия, теряющая 100 тыс. баррелей в месяц из-за незаконных врезок, тоже не останется без углеводородов, поскольку добывает 770 тыс. б/с. То же самое касается Нигерии, которая хоть и теряет из-за краж 73 млн баррелей в год, но добывает каждый день по 1,5–1,7 млн баррелей.

Однако если сложить вместе объемы хищений черного золота во всех странах и если расчеты аналитиков UNU-WIDER, оперирующих данными ООН, верны, то проблема уже не кажется такой мелкой. Мир каждый день теряет около 5 млн баррелей нефти просто потому, что правительства стран, где ведется добыча (в отдельных случаях это касается и стран-потребителей), больше увлечены не вопросами безопасной работы трубопроводов, а разработкой ВИЭ-проектов, санкциями против своих геополитических соперников или борьбой с конкурентами на различных рынках энергоносителей.

Безусловно, для увеличения объемов мировой добычи или для поддержания их на текущем уровне инвестиции в новые проекты по извлечению трудноизвлекаемой нефти (на шельфе в водах Бразилии, у берегов Анголы или в сибирской тайге) принесут свои плоды — мировой рынок получит несколько дополнительных миллионов баррелей в день. Но вполне возможно, что этого же эффекта можно достичь, даже не пробуривая новые скважины, а просто вкладывая деньги, время и силы в обеспечение безопасности нефтепроводов и другой инфраструктуры отрасли.