Дмитрий Кобылкин: Итогом инвентаризации запасов должно стать не «раскулачивание», а гибкий подход
Интервью

Дмитрий Кобылкин: Итогом инвентаризации запасов должно стать не «раскулачивание», а гибкий подход

17 марта, 12:12Минприроды РФmnr.gov.ru
Коронавирус не сможет повлиять на исполнение нацпроектов, а недропользователям нужна стабильность и цифровизация — министр природных ресурсов в интервью «Интерфаксу»

Никакой коронавирус не сможет повлиять на исполнение национальных проектов и указов президента, считает министр природных ресурсов и экологии России Дмитрий Кобылкин. «Будем работать четко и достигать поставленных целей», — подчеркнул он в интервью «Интерфаксу».

Отвечая на вопрос, внесло ли министерство корректировки в свою работу в связи с коронавирусом и может ли возникнуть форс-мажор в поставках, например оборудования, в связи с чем российские компании вынуждены будут поднимать вопрос о выполнении обязательств по лицензиям, министр сказал: «Мы понимаем угрозу от коронавируса. И предполагаем, что производственные компании могут сделать поправку на те или иные обстоятельства. Будем изучать каждый момент и входить в положение».

Говоря о предварительных показателях восполнения запасов нефти по итогам 2019 года, Кобылкин подчеркнул, что «итоги хорошие»: «Все, как мы планировали, прогнозы сбылись».

«По итогам 2019 года ожидается прирост 590 млн тонн нефти с конденсатом по категориям А+В1+С1», — отметил он. Основной прирост запасов нефти произошел за счет доразведки Пайяхского нефтяного месторождения, которое принадлежит «Нефтегазхолдингу» Эдуарда Худайнатова. Прирост по этому месторождению составил по категории С1 — 43,5 млн тонн, по категории С2 — 1006,9 млн тонн. «Это один из самых крупных приростов в России. В целом запасы Пайяхи огромны, они еще окончательно не определены, идет разведка», — уточнил Кобылкин.

По словам министра, Россия обеспечена достаточными запасами для поддержания ежегодной добычи нефти в 550-555 млн тонн на ближайшие 15 лет, однако есть проблема ухудшения качества запасов. Но появляются новые технологии добычи, в том числе трудноизвлекаемых запасов, и компании смогут найти способы держать добычу на уровне.

«Я в этом плане переживаю даже не за добычу и запасы, а за рынки сбыта. Последнее падение цен в связи с ограничениями из-за коронавируса и отсутствия компромиссных решений ОПЕК+ еще раз доказали зависимость финансовых систем и объемов потребления.

Мы видим, как в текущем моменте промышленность в том или ином регионе останавливается или притормаживается, это тоже сказывается на производителях нефти и газа. Есть влияние экологических настроений, активизации применения зеленых технологий», — сказал Кобылкин.

Министр предложил «реалистичнее смотреть на темпы проведения ГРР». Сегодня бурится ровно столько скважин, сколько необходимо для потребления в ближайшем будущем, с ориентиром на прогноз этого потребления. И каждая компания видит свой горизонт, понимает, что ей необходимо, чтобы не упала добыча. «И точно никто не набуривает на 100 лет вперед, это нецелесообразно», — подчеркнул он.

Комментируя вопрос о введении возврата части средств НДПИ на геологоразведку трудноизвлекаемых запасов (ТРИЗ), Кобылкин сказал, что «можно ввести любой налог», но с заявлениями надо быть аккуратнее: «Из-за роста себестоимости барреля российской добычи может снизиться эффективность работы всей отрасли.

Потому что на одно рабочее место в нефтегазовом комплексе приходится порядка 15-16 рабочих мест разных производств в России. Дополнительная налоговая нагрузка на нефтяников запустит «круги по воде».

Поэтому нужно быть очень аккуратными и осторожными с заявлениями по поводу налогов».

Для нефтегазовых компаний, отметил министр, важнее такой налоговый режим, который позволяет иметь рентабельность отрасли. «Мы должны, безусловно, думать о долгосрочных перспективах. Например, очень своевременно поставлена задача освоения Арктики, создаются условия для активизации работы в арктической зоне. Надо также продолжать геологоразведку новых регионов. Но все нужно делать с учетом оценки реалий и эффективности», — сказал он.

Отвечая на вопрос, касающийся инвентаризации нефтяных запасов, которая продолжается второй год, Кобылки пояснил: «Мы стараемся изучить показатели буквально каждой скважины: сроки ввода, темпы добычи, причины обводнения пласта. Для всего этого нужны время и специалисты, приходится делать множество запросов. Но в 2020 году итоги инвентаризации, однозначно, будут опубликованы».

Он особо отметил, что проводится инвентаризация не только нефтяных запасов, «мы занимаемся инвентаризацией всех запасов, и выполнения лицензионных обязательств, и состояния так называемых «спящих лицензий». Надо проанализировать: при каких условиях были куплены эти участки. Выполнены ли обещанные государством обязательства, и есть ли вина компании в невыполнении лицензии. Кроме того, нужно учитывать внешние факторы: если компания покупала месторождение, когда ценовой ориентир за баррель был в районе $100, а при сегодняшних ценах рентабельность проекта не выдерживается, то нужно делать поправки на это. … Должен быть гибкий подход, а не банальное «раскулачивание», — резюмировал министр.

Кобылкин отметил, что на 87,9% нефтяные недра России используются эффективно. «Думаю, когда мы будем подводить окончательный итог, он превысит 90%», — считает он.

По словам Кобылкина, звучат предложения забрать у госкомпаний крупные участки или месторождения на шельфе Арктики, которые они не осваивают, чтобы затем снова выставить их на аукцион. «Да такой актив сейчас никто купить не сможет! И особого смысла в этой идее я не вижу. Но вот имиджевый и финансовый ущерб компаниям таким образом мы можем нанести легко. Заявления, что у компаний на шельфе Арктики лицензии, на которых они ничего не делают, — это как выстрел себе в ногу. На самом деле все не так просто, в каждой истории надо разбираться индивидуально», — подчеркнул он.

На вопрос, подавали ли «Газпром» и «Роснефть» заявки о переносе сроков по лицензиям на шельфе Арктики, министр ответил отрицательно.

Отвечая на вопрос, какие ключевые меры предлагает Минприроды, чтобы обеспечить защиту природы Арктики в условиях активизации ее освоения, Кобылкин пояснил: «Это комплексные меры, над которыми мы работаем давно. Здесь и национальный проект „Экология“. И 11-й федеральный проект — наилучшие доступные технологии (НДТ). И комплексные экологические разрешения (КЭР). У нефтегазовых компаний здесь все просто и понятно. Потому что нефтяники и газовики уже давно живут в наилучших доступных технологиях, задачах снижения экологических рисков, соблюдения условий разрешений. Потому что понимают: чем основательнее обезопасишь себя с точки зрения аварийности, тем стабильнее будет горизонт добычи. В Арктике аварийность любой скважины или платформы может привести к таким штрафам, которые ни одна компания не вытянет».

Арктика, отметил он, очень сильно дисциплинирует, не дает расслабиться ни людям, ни компаниям. С другой стороны, это уникальный шанс — каждый шаг в Арктике инновационен. Наука и технологии там идут впереди всего, таким особенным ледоколом.

Говоря о перспективах создания госкорпорации «Росшельф», которая, как предполагается, будет координировать работу новых проектов на шельфе Арктики и Дальнего Востока, Кобылкин сказал: «У меня есть мнение по поводу создания любой госкорпорации: я за корпорацию, которая нужна для создания новой отрасли. Не в качестве доминанты этой отрасли, а в качестве сопровождения, интегратора». В целом процесс создания «Росшельфа» еще идет, решение не принято.

«Добыча углеводородов, — подчеркнул министр, — играет значительную роль в доходной базе бюджета нашей страны. На деньги, которые мы получаем от продажи нефти и газа, реализуются крупные социально-экономические проекты, связанные с развитием страны».

«Постепенно у меня формируется понимание, где можно сделать рывок в этой сфере — это цифровое недропользование. Цель такого рывка — рациональное недропрользование. Если капнуть каплю масла в чашку с водой, масло растечется по поверхности тонким слоем. Именно столько нефти мы сейчас добываем — совсем немного с поверхности недр.

Путь к прорыву, с моей точки зрения, заключается в значительном повышении коэффициента извлечения нефти.

Сегодня его средний уровень невысок, но есть все предпосылки значительного роста. Через НИОКР, изобарические, химические заводнения, за счет улучшения отдачи пласта, нового уровня технологичности. Все это должно помочь извлечь из разрабатываемых залежей гораздо больше нефти, продлить жизнь месторождения», — считает он.

«А если мы добьемся этого прорыва на имеющихся сегодня активах, нам не нужно будет идти в Арктику, возводить там новые производства. Пусть ее осваивают следующие поколения с их продвинутыми технологиями. Сейчас у нас определены традиционные места добычи нефти, есть вся инфраструктура, люди, построены целые города, детские сады, школы. Государственная система привязана к этим центрам, надо продлить им жизнь. Никаких баррелей из новых провинций и прибылей за счет новых активов не хватит, если мы потеряем ключевой центр добычи в Западной Сибири. Таким, считаю, должен быть государственный подход к перспективам развития нефтегазовой отрасли», — подчеркнул Дмитрий Кобылкин.

Интервью полностью читайте на сайте «Интерфакса» https://www.interfax.ru/interview/699331

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter