Константин Симонов: Прогноз Байдена-громовержца чересчур пессимистичен

Константин Симонов: Прогноз Байдена-громовержца чересчур пессимистичен
Мнение

11 ноября 2020, 17:27
Константин Симонов
Директор Фонда национальной энергетической безопасности
А образ Трампа как человека, который пытается наладить отношения с Россией, чересчур гротескный

В России было два ожидания относительно Байдена и его победы на выборах. Одно — чрезвычайно оптимистичное, другое — чрезвычайно пессимистичное.

Пессимистичное ожидание было связано с тем, что Демократическая партия воспринимает Россию как некое экзистенциальное зло, в то время как Трамп считал, что с «русскими» надо договариваться и главный враг — Китай. Трамп понимал, что агрессивное заталкивание России под Китай — это большая ошибка. Санкции 2014–2015 годов были направлены на то, чтобы оторвать Россию от Европы, а у России другого пути, кроме как резко переориентироваться на Китай, просто не оставалось. Трамп пытался проводить более гибкую политику, за что и был атакован демократами. Отсюда возникло ощущение, что приход Байдена и Демократической партии будут означать тотальное санкционное давление на Россию.

Но тут возникает серьезный вопрос: а какие, собственно, еще санкции США могут ввести против России?

Но мне все-таки кажется, что Байден не станет сразу заниматься тем, что первым делом возьмет листик и начнет формировать список очередных адских санкций. Я думаю, что прогноз Байдена-громовержца чересчур пессимистичен. И опять же, образ Трампа как человека, который пытается наладить отношения с Россией, чересчур гротескный. Он создан демократами, чтобы обвинять Трампа в том, что он «щенок Путина».

Посмотрите, что сделал Трамп. Именно Трамп летом 2017 года подписал закон CAATSA, который стал рамочным законом по усилению санкций против России. Именно Трамп ввел в декабре 2019 года санкции против «Северного потока-2», что остановило проект как минимум на год, а, скорее всего, на 1,5-2 года. Почему он это сделал? Потому что Трамп — четкий лоббист американского углеводородного сектора. Он — лучший продавец американской нефти и американского СПГ. Он и занимался этим, пристраивал американские углеводороды на мировые рынки любыми способами.

Мы от этого частично выиграли, когда он вводил санкции против Ирана и Венесуэлы. Можно много говорить про партнерство, но сейчас на рынке нефти есть только конкуренты. Вводя санкции против Ирана, он помогал и нам. Конечно, он думал о себе. В Европе так и получилось: американская нефть сначала заняла иранское место. Потом американская нефть принялась и за нашу нефть и начала ее выдавливать. Это произошло уже в 2020 году, а могло бы и раньше. Санкции против венесуэльской нефти позволили нам осуществлять поставки нефти на американский рынок, и Трамп при этом не стал вводить санкции против поставок. Но повторю, что фундаментальный путь Трампа заключался в том, что надо продвигать американские углеводороды любыми способами — санкциями, требованиями купить, иначе будет торговая война (как это произошло с Китаем), и в конечном счете Россия начала от этого страдать. Самый яркий пример — «Северный поток-2». Второй пример — в 2020 году американская нефть пришла на европейский рынок и начала вытеснять российскую нефть. Посмотрите на цифры нашего экспорта в Европу летом-осенью 2020 года — они красноречивы. Поэтому я думаю, что демонизация Байдена преувеличена.

Теоретически новые санкции против России, которые могут быть применены, — это уже другой мир. Что можно сделать? Например, ввести санкции не на строительство «Северного потока-2», а вообще на закупку российского газа из «Северного потока -2», а потом распространить это требование на российский газ и углеводороды в целом? Может на это пойти Байден? Теоретически да. Но это уже чистое безумие. Представим, что США вводят запрет — тем более, что они введут его не для себя, а для Европы — на приобретение российских углеводородов. Как дальше будет выглядеть европейский рынок? По нефти еще можно нарисовать комбинации по замещению — по газу вы таких комбинаций не нарисуете. Я уже молчу про стоимость этого замещения. То есть Европа сразу оказывается на грани экономического коллапса. У Европы и так в этом году госдолг превысит 100% суммарного ВВП. Европейская экономика живет в долг, также, кстати, как и американская экономика. Представьте, идет вторая волна пандемии и на этом фоне вводятся жесткие санкции. Реализация таких жестких санкций для Европы выглядит как самоубийство.

А если условия не будут выполняться, то они, как это было в советское время, поставят США на место. Нужно ли это Байдену — большой вопрос.

Что касается чрезмерного оптимизма по поводу победы Байдена, то он был связан со сланцами. Общая точка зрения состояла в том, что Трамп поддерживал сланцы, — это чистая правда. Трамп давал сланцевикам возможности по финансированию, кредитованию. И сланцы держались на плаву, хотя по оценкам средняя себестоимость сланцевой нефти в конце прошлого года находилась на уровне $50-55 за баррель. Когда цены ушли вниз, казалось, что эта индустрия резко начнет лопаться, потому что она терпела очевидные убытки. Трамп подставил им финансовое плечо. И несмотря на убытки, раскрученный маховик продолжал работать. Падение было, но оно оказалось не столь драматичным. Теперь все говорят о том, что Байден — зеленый президент, он вернет США в Парижское соглашение и сланцам придет конец.

Но давайте посмотрим попристальнее. В Америке экономическая ситуация тяжелая, растет безработица. Байдену это помогло обыграть Трампа на выборах. Но теперь-то он будет президентом. И он нанесет удар по индустрии, где занято несколько миллионов американцев? Он самоубийца?

Или, например, говорят, что Байден запретит фрекинг — гидроразрыв пласта.

Но надо внимательно читать законодательство США: президент не имеет право запретить фрекинг в штатах.

Он имеет право сделать это на федеральных землях, но там нефть никто не добывает. Запрет фрекинга на федеральных землях никак не повлияет на индустрию. Думаю, страсти (к большому нашему сожалению) сильно преувеличены. Потому что мы думали, что Трамп проиграет — сланцы хотя бы уйдут с рынка, и мы воспользуемся плодами этого. К сожалению, не воспользуемся.

И я, кстати, не исключаю, что Байден снимет санкции с Ирана. И здесь ливийский сценарий предстает во всей красе, причем еще и с мультипликатором. Мы видим, что сейчас 1 млн баррелей ливийской нефти вышел на рынок. Это катастрофа. А теперь представьте, что и иранская нефть выйдет на рынок. Это серьезная проблема.

Последний важный момент — это тема климата и нефти. Это действительно важно. Байден сланцы не убьет, но, конечно, определенные ограничения будут введены. Они будут носить идеологический характер, а это вообще проблема для нефти как для товара. Раньше была ситуация такая: есть европейский Green Deal и есть Трамп, который воспринимался как островок трезвости. А теперь зеленый маховик будет раскручен еще сильнее. Победа Байдена — это проблема для нас с точки зрения того, что углеводороды окажутся под усиленным давлением.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter