ВТОРАЯ ВОЛНА
Как скажется на нефтяных ценах стремление США вернуть себе глобальное лидерство в нефтедобыче
Николай Проценко, Виктор Прусаков
НАЧАЛО 2018 ГОДА ПОДТВЕРЖДАЕТ ТЕНДЕНЦИИ, НАМЕТИВШИЕСЯ НА ГЛОБАЛЬНОМ НЕФТЯНОМ РЫНКЕ В ПРЕДЫДУЩЕМ ГОДУ. ОСНОВНЫМ ФАКТОРОМ ВЛИЯНИЯ НА ЦЕНЫ СЕЙЧАС ВЫСТУПАЕТ НЕФТЕДОБЫЧА В США, РЕЗКИЙ РОСТ КОТОРОЙ БЫЛ ВЫЗВАН ПЕРВОЙ ВОЛНОЙ СЛАНЦЕВОЙ РЕВОЛЮЦИИ В СТРАНЕ И ПО СЕЙ ДЕНЬ ОСТЕТСЯ САМЫМ СИЛЬНЫМ И ОЖИДАЕМЫМ ТРЕНДОМ. КОРРЕСПОНДЕНТЫ «НИК» НИКОЛАЙ ПРОЦЕНКО И ВИКТОР ПРУСАКОВ ПРЕДЛОЖИЛИ ЭКСПЕРТАМ, ЭКОНОМИСТАМ И АНАЛИТИКАМ НЕФТЯНОГО РЫНКА, ПРЕДСТАВИТЬ ИХ ВИДЕНИЕ НОВОЙ РОЛИ США НА МИРОВОМ РЫНКЕ НЕФТИ.
В прогнозе на 2018 год, опубликованном в декабре прошлого года Управлением энергетической информации США (EIA), ожидаемый объем добычи в 2018 году был обозначен в 9,9 млн баррелей в сутки (б/с), или на 6,5% больше, чем в 2017 году. В начале февраля EIA представила данные за прошлый ноябрь – как оказалось, в этом месяце американские нефтедобытчики впервые с 1970 года превысили показатель в 10 млн б/с, хотя еще в 2016 году, по данным OPEC, средний уровень добычи в США был равен чуть меньше 8,9 млн б/с. Через несколько дней появился обновленный прогноз американского Минэнерго, где было сказано, что в 2018 году суточная добыча нефти в стране достигнет 10,6 млн баррелей, а в 2019-м увеличится до 11,2 млн баррелей.

Сразу после этого МЭА в своем ежемесячном отчете заявило, что по итогам года США за счет роста в сланцевом сегменте могут выйти на первое место в мире по общему объему добычи, опередив Россию и Саудовскую Аравию. В декабрьском документе EIA резко – на 0,5 млн б/с (до 2,9 млн б/с) – был повышен прогноз добычи на проектах Пермского бассейна в пределах штатов Техас, Нью-Мексико и Оклахома – основных центров сланцевой добычи в США.

Соединенные Штаты занимали первое место в мировой нефтедобыче до середины 1970-х годов, когда новым лидером стал СССР. В середине прошлого десятилетия уровень добычи в Штатах упал почти до 6,5 млн баррелей в день, но все изменила сланцевая революция – увеличение добычи в США привело к падению мировых цен на нефть в 2015 году до $35 за баррель, что вновь подстегнуло глобальный кризис, начавшийся в 2008-2009 годах.

«Ситуация напоминает времена первой сланцевой волны в США, когда в условиях высоких цен на нефть в первые годы этого десятилетия сланцевики добились больших успехов с точки зрения доли рынка и в конечном счете вынудили ведущих нефтепроизводителей в 2014 году изменить свою политику. Сегодня, резко сократив свои расходы, производители нефти в США переживают вторую волну роста, столь необычную, что в 2018 году объемы добытой ими нефти могут практически полностью покрыть возросший глобальный спрос на нефть», – сообщается в последнем отчете МЭА.

При этом поведение американских добывающих компаний вызывает опасения экспертов-макроэкономистов.
Новый игрок и новые условия для всех
Александр Ершов,
главный редактор по товарным рынкам Thomson Reuters
Конец 2017 – начало 2018 года оказались на удивление спокойным периодом для рынка нефти. Все было достаточно предсказуемо с точки зрения как цен, так и глобальных решений. С другой стороны, это довольно тревожная ситуация, таящая в себе риск неожиданных потрясений.

Самое заметное явление последнего времени – изменение статуса США, случившееся благодаря росту сланцевой добычи и отмене запрета на экспорт нефти в конце 2015 года. Лет десять назад Америка была крупнейшим импортером нефти и крупным импортером моторного топлива. При этом страна служила проводником новых технологий сланцевой добычи, но сама эта добыча оставалась крайне дорогостоящей и в большинстве случаев убыточной.

Сегодня ситуация в корне иная. Развитие сланцевых технологий обеспечило Соединенным Штатам бурный рост нефтедобычи. Ожидается, что в 2018 году она составит 10,4 млн баррелей в сутки и практически сравняется с российской.

Как результат – Америка резко сократила импорт и наращивает экспорт нефти. По объемам экспорта – менее 20% от общего объема добычи – США все еще уступают России, поставляющей за рубеж около половины добытого сырья. Тем не менее Штаты остаются импортером нефти: в стране велико потребление моторного топлива, и нефтепереработка играет важнейшую роль в национальной экономике.

WTI растет в ряду эталонов

Выход США на международный рынок означает глобальную перестройку всей нефтяной торговли. Первое следствие этого процесса – возрастание роли американских эталонных сортов, в первую очередь нефти WTI. За время запрета на экспорт этот эталон имел главным образом локальное значение и не пользовался особой популярностью на «международном уровне», где доминировал Brent и некоторые азиатские сорта.

Сегодня ситуация меняется – как из-за общего роста экспорта американской нефти, так и потому, что эта нефть вытесняет на многих рынках других продавцов включая Россию.

Речь прежде всего об азиатском рынке, который за последнее десятилетие вырос примерно в полтора раза. Работать с WTI здесь сегодня выгоднее – этот сорт пока еще дешевле Brent, что для покупателя играет существенную роль. Также необходимо отметить, что в Азии – в Дубае, Шанхае – пытаются запускать собственные эталонные сорта.

Две стороны медали

Вторым следствием стал дальнейший расцвет сланцевой добычи. Практика показывает, что добывающие сланцевую нефть компании адаптировались к низким ценам, и даже уровень ниже $50 за баррель не является убийственным для рентабельности проектов. Текущая ситуация, когда цены подступают к $70, позволяет им снимать сливки, что подтверждает внимание к этой отрасли крупных американских нефтяных компаний. Так, ExxonMobil и Chevron намерены всерьез заняться сланцевой добычей и планируют многомиллиардные инвестиции в покупку готовых компаний и участков, внедрение технологий и т. д. С одной стороны, это говорит о подъеме отрасли, но у медали есть и обратная сторона.

В эпоху низких цен добытчики сланцевой нефти, в основном небольшие компании, обладали значительной гибкостью – могли начать работы, когда это выгодно, и моментально свернуть их при ухудшении конъюнктуры. Если же за дело берутся «мамонты» с их стратегией, рассчитанной не на один год и не на один миллиард, о гибкости говорить не приходится.

В сланцевой отрасли сегодня задействовано большое количество техники и персонала в удаленных по американским меркам регионах. Пока ситуация в отрасли благополучна, это в порядке вещей. Но что делать с этими огромными ресурсами, если подует ветер перемен?

При всех своих технологических успехах сланцевая добыча остается дороже традиционной, и этим двум секторам впредь суждено делить место на международном нефтяном рынке. Для нефтедобывающих держав сланцевая тема - в определенном смысле элемент моды. Важнее другое – то, что каждая компания независимо от способа добычи должна обеспечить рентабельное производство и поставку потребителю барреля нефти.
Не добычей единой

Как будет развиваться ситуация дальше? Крупным игрокам предстоит осваивать новую среду, где США становится все более значимым экспортером, Европа теряет позиции крупного производителя и переработчика нефти и где быстрыми темпами растет азиатский, прежде всего китайский рынок. Эта новая среда и будет определять успех крупных игроков, будь то отдельная компания или целая страна.

Способ добычи будет скорее инструментом, рычагом. Американские сланцевые компании, которые вовремя взялись за этот рычаг, сейчас подсчитывают барыши, но это не значит, что так будет всегда. Не надо забывать, что добыча – лишь один из элементов нефтяной стратегии. Важную роль здесь играют и такие составляющие, как логистика поставок, работа на рынках сбыта.
Не поддаваться панике

Оценивая ближайшие перспективы мирового рынка нефти, есть основания опять-таки говорить о скрытых рисках. Многие эксперты, указывая на рост экспорта и неоднозначное будущее пакта OPEC+, полагают, что во второй половине 2018 года текущий уровень цен на нефть удержать не удастся. В июне члены пакта соберутся на очередной саммит. Если, как было обещано на предыдущей встрече, они объявят о планах плавного выхода из соглашения, одно это объявление может спровоцировать падение цен.

Мировой рынок нефти – во многом территория настроения. Реальный баланс спроса и предложения, конечно, играет важную роль, но внезапно возникшая паника может обрушить это равновесие, пусть и временно. Сложно сказать, какой фактор способен вызвать эту панику – резкий рост экспорта США или, к примеру, предстоящая приватизация Saudi Aramco.

Есть вероятность, что нынешнее спокойствие, воцарившееся во многом благодаря усилиям OPEC и России, может в любой момент нарушиться. С другой стороны, на руку рынку играет общий экономический рост. Если макроэкономические факторы долгое время будут демонстрировать устойчивость, цены на нефть вполне могут пойти вверх.
Мировая нефтяная история богата непредвиденными событиями
Маргарита Козеняшева,
проф., заведующая кафедрой международного нефтегазового бизнеса РГУ нефти и газа им. Губкина, советник по экономике «АссоНефти»
Суточная добыча нефти в США уже сегодня составляет 10,25 млн б/с, и при нынешней динамике новый прогноз Минэнерго выглядит реально. Предвосхитить какие-то непредвиденные обстоятельства трудно, и если так будет продолжаться, то вполне возможно, что к концу 2018 года добыча в США может подойти к 11 млн б/с.

Отличный пример налоговых стимулов

Дальнейший рост деятельности американских нефтяных компаний обеспечат серьезные налоговые подвижки, которые произошли в США в 2017 году. Несмотря на то, что весь 2017 год президент Дональд Трамп находился в очень непростых отношениях с Конгрессом, предложенная им налоговая реформа была проведена всего за несколько месяцев и имела прямое отношение к нефтяникам.

В частности, произошло снижение налога на прибыль с 35% до 21%, был установлен лимит в 30% по вычету процентных расходов. Последнее особенно важно для малых нефтяных компаний, которые, как правило, имеют серьезные кредитные обязательства. А освобождение от уплаты налога на дивиденды, полученные от зарубежных «дочек» (при размере пакета свыше 10%), в свою очередь, коснулось крупных американских ВИНК, активно работающих по всему миру.

Кроме того, в рамках общей политики Трампа по ослаблению регулирования в природоохранной сфере в конце 2017 года был снят мораторий на добычу нефти и газа на территории Национального Арктического заповедника на Аляске.

Институциональный и геополитический уровни

В ближайший период прогнозируемые коридоры стоимости, вероятно, будут отвечать интересам основных участников сложного процесса ценообразования, говорит Маргарита Козеняшева, полагающая, что на нефтяные цены влияют в первую очередь мировые финансы.

В нефтяной отрасли инвестиционный процесс носит синдикативный характер, в нем задействовано большое число субъектов, и это не только нефтедобывающие компании, но прежде всего, финансовые институты. Важнейшим условием формирования кредитных возможностей является, конечно, наличие капитала на мировом финансовом рынке – у инвестирующих фондов, ведущих банков, обладающих достаточными финансовыми ресурсами для обеспечения воспроизводства в нефтяной отрасли по всей ее цепочке.

И здесь нельзя не вспомнить, что одним из источников этого капитала в валютной форме является его эмиссия центральными банками и другими финансовыми институтами. Поэтому цена на нефть будет формироваться, прежде всего, в этом поле взаимодействующих факторов. А здесь присутствуют не только сугубо экономические аспекты, но и много геополитики.

Три силы и непредвиденность

Основными игроками в сфере нефтедобычи становятся три крупных участника рынка – США, OPEC и Россия. Все они преследуют совершенно разные цели, но при этом никто не хочет, чтобы рынок был подвергнут драматическому шоку. Но перестройка нефтяного рынка неизбежна.

США будут стремиться усиливать свои позиции всеми средствами, и подвижки уже начинаются. С 1 января вступило в силу новое положение Евросоюза об эталонных котировках, где были отмечены недостатки эталонной котировки «датированный Brent» и было указано на возможность использования альтернативного мирового эталона – WTI Хьюстон. Эта котировка формируется на высоколиквидном, прозрачном рынке и привязана к фьючерсному контракту на нефть WTI на Чикагской товарной бирже – крупнейшей в мире бирже по объему торгов контрактами на нефть.

Кто берет в руки бразды правления, тот контролирует и направляет рынок. Не нравится другим участникам – необходимо договариваться о совместных действиях. Удастся ли достичь договоренностей на более длительную перспективу и по более широкому кругу аспектов сотрудничества и взаимодействия – вопрос. Цели разные, так что на этом пути возможны и другие альянсы – мировая нефтяная история богата непредвиденными событиями.

Корень зла и эпоха меркантилизма
Василий Колташов,
руководитель Центра экономических исследований Института глобализации и социальных движений
Кризис вызвал девальвацию ряда национальных валют и сокращение потребительского спроса. Затем положение на рынке было с большим трудом выправлено: к началу 2018 года цены на нефть Brent достигли $70 за баррель, но теперь американцы вновь разрушают равновесие.

Бессмысленное сокращение

Основная идея американцев – увеличение своей доли на мировом рынке, даже если в процессе будут колебания цен. Для OPEC в ситуации, когда США встали на путь чистой, свободной, а кто-то, может быть, скажет и дикой конкуренции, сокращение добычи для поддержания цен едва ли может быть эффективным. В ответ на сокращение со стороны картеля американские производители просто скажут: отлично, а мы наращиваем.

OPEC и другие нефтедобывающие страны находятся в очень сложном положении: они не могут повлиять на американскую добычу. Ни у картеля, ни у России нет никаких механизмов, которые могли бы обеспечить стабильность рынка углеводородов. Поэтому нужно быть готовым к тому, что рост добычи в США приведет к падению на рынке нефти и ценных бумаг, к выходу деструктивных процессов в мировой экономике из-под контроля и новой волне кризиса.

Россия: преимущества есть!

Тем не менее, Россия в этой ситуации имеет хорошую возможность для принятия решений на долгосрочную перспективу, а у Соединенных Штатов поле для маневра, напротив, довольно ограничено.

России нужно налаживать переработку собственных углеводородов при государственной протекции, вкладывая туда новые капиталы, – от обычной переработки до нефтехимии и производства готовых изделий с высокой добавленной стоимостью.

США для такого маневра едва ли готовы – они остаются пленниками дорогого доллара. Трамп не может девальвировать доллар, поскольку ему противостоят финансисты с Уолл-стрит, для которых сильный доллар – это долгосрочные американские позиции в мировой финансовой системе и интересы мировой торговли, которая нуждается в стабильной международной валюте. Американская переработка в этой ситуации вряд ли сможет быстро развиваться, поскольку при нынешнем курсе доллара рабочая сила очень дорога.

У России же более слабая национальная валюта, отсутствует проблема дорогой рабочей силы и есть при этом нефть.

Двигайтесь без оглядки

Мы вступили в новую эпоху меркантилизма – эта доктрина предполагает поиск и создание наиболее выгодных условий для своего бизнеса без учета политики других производителей. Многие решения в экономической политике России, например в сельском хозяйстве, уже носят меркантилистский характер.

***

Больше новостей о нефти и газе -
на портале
"Нефть и Капитал"