Бразильский феникс
Аналитика

Бразильский феникс

31 января , 11:51Елена Карьгина
Как полуместечковое расследование об отмывании денег на автомойках стало причиной потери должностей и свободы топам корпораций и президентам Бразилии

Интриги, скандалы, расследования. Именно так можно в трех словах охарактеризовать происходящее в нефтегазовой отрасли Бразилии в последние 5 лет. Операция «Автомойка», начавшаяся в 2014 году, почти случайно превратила полуместечковое расследование об отмывании денег на мойках машин в крупнейший коррупционный скандал в Латинской Америке, а возможно, и в мире. Расследование стоило должностей, денег и свободы менеджерам, чиновникам, политикам, главам компаний и даже президентам — причем как бывшим, так и действующим.

От моек машин к президентам

Началась «Автомойка» с расследования провинциальных следователей города Куритабы на юге Бразилии об отмывании денег на одной заправке, однако постепенно региональные сыщики, распутывая клубок, один за другим начали вскрывать все более шокирующие факты коррупции. Сами следователи признаются, что и представить не могли, что их маленькое дело свалит олигархов, министров и даже президентов сразу нескольких стран. Сначала расследование привело в государственный нефтегигант Petrobras, где вскрылась схема миллиардных откатов от строительных компаний в обмен на получение контрактов по завышенным ценам, вывода средств за границу и отмывания денег. Затем прозвучало название крупнейшей строительной компании Odebrecht, производителя говядины JBS, Eletrobras, которые, по данным следствия, финансировали предвыборные кампании политиков, получая за это контракты от государства.

Дело росло как снежный ком. Дилме Руссефф, которая была президентом Бразилии, когда было начато расследование, был вынесен импичмент в 2016 году. Ее пост занял Мишель Темер, однако и против него были выдвинуты обвинения в коррупции, в результате в мае 2019 года политика арестовали. Был приговорен к многолетнему сроку другой экс-президент, до сих пор, похоже, остающийся самым популярным в стране политиком, — Луис Инасиу Лула да Силва. Арест поставил крест на его желании вновь поучаствовать в президентских выборах.

«Мойка» затронула не только Бразилию, но и всю Латинскую Америку, где несколько президентов лишились и постов, и свободы, а кто-то — и жизни.

Больше всех пострадали президенты Перу: ведется следствие о причастности Пабло Кучински и Ольянта Умала, Алехандро Толедо покинул страну, Алан Гарсия покончил жизнь самоубийством, лишь бы не быть задержанным в связи с подозрениями в причастности к делу Odebrecht.

Утопить Petrobras

Odebrecht заявила о начале процедуры банкротства, а Petrobras, поменявшая целый ряд руководителей и топ-менеджеров, начала борьбу. Компанию ждала смена нескольких глав компаний, потеря репутации, отказ аудитора PricewaterhouseCoopers подписывать финотчеты, задержка с их публикацией и — вишенкой на торте — миллиардные убытки. Долг государственного энергогиганта был самым большим в мире среди нефтяных компаний — более $100 млрд (впрочем, довольно скоро его обогнала мексиканская Pemex). Убыток бразильской корпорации в 2014 году, когда о коррупционной схеме впервые было заявлено публично, составил более $7 млрд.

Сыграло свою роль и падение нефтяных цен, однако, бесспорно, ключевым фактором стал скандал, который гигант тогда оценивал более чем в $2 млрд и еще почти на $15 млрд провел переоценку активов.

Petrobras очень были нужны деньги: разработка открытых в 2007 году крупнейших запасов нефти в подсолевом слое требовала гигантских инвестиций, а масштабный доступ иностранных инвесторов к проектам власти запретили. Впрочем, им довольно быстро пришлось передумать — уже в 2016 году Бразилия изменила законодательство, разрешив иностранцам быть операторами таких проектов и оставив за Petrobras право «первой ночи»: слишком уж больших инвестиций и технологий требует разработка огромных запасов углеводородов почти под двухкилометровым слоем соли.

Не заставили себя долго ждать и торги по новым участкам на шельфе страны, интерес к которым проявили такие крупные мировые компании, как Exxon, Shell, Repsol, CNOOC, Total и BP. Регистрировалась на ряд раундов торгов и дочка российской «Роснефти», которая затем, однако, приняла решение не участвовать в них.

«Роснефть» работает в Бразилии на проекте в бассейне реки Солимойнс в штате Амазонас, владея 13 участками общей площадью более 32 тыс. кв. км с перспективными ресурсами нефти и конденсата, по оценкам DeGolyer and MacNaughton, 57 млн тонн, газа — 176 млрд куб. м.

Распродажа по-бразильски

Бразильский нефтегигант заявил о грандиозной распродаже собственных активов, благодаря которой планирует до 2023 года получить от $20 до $30 млрд, и цифра может дойти до $35 млрд. Началось все с непрофильных активов, которые должны принести Petrobras от $10 млрд, — долей в транспортных компаниях, операторе газопроводов TAG (сумма сделки — $8,6 млрд), дистрибьюторах топлива.

Затем корпорация решила не мелочиться и выставила на торги сразу 8 НПЗ общей мощностью 1,1 млн баррелей в день и сеть заправок в Уругвае PUDSA. По мнению аналитиков, продажа позволит выручить до $18 млрд. «Экономическое самоубийство или продуманный шаг?» — задавались вопросом бразильские СМИ, комментируя новости о продаже. Всего у компании 13 НПЗ, обеспечивающих 98% переработки нефти в стране, и только время покажет, стало ли решение о продаже половины перерабатывающих мощностей страны ошибкой. Как сообщало издание WSJ, к четырем выставленным в рамках первого этапа заводам — двум на юге и двум на северо-востоке — уже был проявлен сильный интерес со стороны мировых нефтяных компаний, независимых переработчиков и небольших игроков Бразилии. Речь идет о заводах RNEST мощностью 130 тыс. баррелей в день, RLAM — 333 тыс. баррелей в день, REPAR и REFAP — по 208 тыс. баррелей в день каждый. Летом агентство Reuters писало об интересе к заводам со стороны Glencore, Trafigura, Vitol, китайских Chinese CNPC и Sinopec, а также Saudi Aramco.

Следующим этапом стала возможная продажа 100-процентной доли в 27 нефтегазовых месторождениях.

Речь идет о зрелых проектах в штате Эспирито Санто на юго-востоке страны, добыча на которых в 2018 году составила 2800 баррелей нефти в день и 11 тыс. м3 газа в день.

Позже стало известно о продаже компанией 34 небольших месторождений в штате Рио-Гранде ду Норте на северо-востоке страны за $266 млн. Покупателем стала компания Potiguar, подразделение бразильской независимой нефтегазовой PetroReconcavo. В 2018 году месторождения давали 5800 баррелей в сутки.

Упоминались в связи с распродажей и российские компании: в мае Petrobras объявила, что начала эксклюзивные трехмесячные переговоры с «Акроном» по двум предприятиям — Araucaria Nitrogenados в штате Парана и недостроенному Nitrogen Fertilizer Unit III в штате Мату-Гросу-ду-Сул. Однако переговоры ни к чему не привели и были остановлены.

Затем Министерство нефти Нигерии сообщило о заинтересованности ЛУКОЙЛа в покупке доли Petrobras в двух добычных проектах в Нигерии, но сам ЛУКОЙЛ заявил, что не вел никаких переговоров.

Что дальше?

Похоже, что план компании все-таки приносит результаты. После четырех лет убытков в 2018 году Petrobras вновь вернулась к чистой прибыли. В декабре глава Petrobras Роберту Кастелу Бранку заявил, что в ближайшую пятилетку компания потратит $34 млрд на дивиденды акционерам благодаря распродажам и уменьшению долга, в том числе в следующем году — $3 млрд. По его словам, компания уже смогла снизить долг до $75 млрд.

Petrobras уже заявила, что может и расширить план по продажам на ближайшие 5 лет за счет активов в Боливии, а также доли в петрохимической компании Braskem, ряда глубоководных проектов (в том числе Marlim и Papa-Terra) и оставшегося у энергогиганта пакета в дистрибьюторе топлива BR Distribuidora. Также возможны продажи мелководных и сухопутных месторождений углеводородов.

Компания ждет роста своей стоимости на 45% к 2021 году, долг планирует уменьшить до $60 млрд и намерена сконцентрироваться на разработке подсолевых проектов. Petrobras делает ставку на глубоководные месторождения, на которые уже в следующем году придется 88% активности по сравнению с нынешними 55%. Инвестиции компании до 2024 года превысят $75,7 млрд.

Не исключена и частичная приватизация государственного энергогиганта.

Слухи о такой возможности ходили давно. Нынешний президент Бразилии Жаир Болсонару изначально был против такой приватизации, однако, судя по заявлениям властей страны, частичная приватизация все-таки возможна. По данным источников Reuters, это может произойти в 2022 году. В январе отвечающий за приватизацию госактивов Салим Маттар говорил, что Petrobras должна продать большую часть из своих 36 подразделений в рамках правительственного плана по приватизации.

Как считают аналитики Rystad Energy, Petrobras на пути к тому, чтобы стать одним из крупнейших производителей нефти в мире к 2030 году. Бразилия может вложить около $70 млрд до 2025 года в разработку месторождения Buzios и других проектов.

Компания уже вошла в тройку крупнейших публичных компаний — производителей нефти.

Эксперты Rystad Energy прогнозируют, что Petrobras сможет увеличить показатели по добыче более чем на 1,3 млн баррелей в день в это десятилетие, подвинув PetroChina, а затем и «Роснефть». По мнению Rystad, к 2030 году добыча нефти в Бразилии составит более 5,5 млн баррелей в день.

Министр шахт и энергетики Бразилии Бенту Албукерке был гораздо более оптимистичным: по его прогнозу, добыча нефти в стране может вырасти более чем вдвое, до 7 млн баррелей в день. В августе показатель достиг рекордных 3 млн баррелей на фоне увеличения инвестиций в новые проекты. В основном рост добычи нефти в Бразилии обеспечивает именно подсолевая зона: в ноябре на нее пришлось две трети общего объема производства — 2,06 млн баррелей в день. Причем половину добычи в слое обеспечило крупнейшее месторождение зоны Lula.

Зазвучали даже заявления о возможном присоединении Бразилии к ОПЕК после неформального приглашения Саудовской Аравии. Генеральный секретарь ОПЕК Мохаммед Баркиндо приветствовал эту возможность, президент Бразилии Жаир Болсонару заявил, что хотел бы видеть свою страну в составе ОПЕК. Правда, профильные министры и глава Petrobras были не столь оптимистичны, заявляя, что не видят смысла в присоединении к организации. «Мы можем лучше», — говорил глава компании. В результате на декабрьском заседании ОПЕК+ Бразилия присутствовала в качестве наблюдателя.

Впрочем, по мнению экспертов, возможные ограничения добычи в той или иной форме полностью противоречат плану страны по ее наращиванию и не соответствуют энергетическим амбициям Бразилии.

Весьма вероятно, что в ближайшие несколько лет рост добычи в Бразилии замедлится до тех пор, пока не будут введены новые месторождения, купленные в последнее время на торгах. Petrobras уже заявила, что готовится ускорить ввод новых месторождений с пяти лет до трех, а выход на пик добычи — с года до девяти месяцев.

Помешать амбициозным планам Бразилии может и еще один фактор — недостаток интереса со стороны иностранных компаний.

Последний тендер, проведенный в ноябре, не был слишком успешным: правительство получило лишь $16 млрд от продажи прав на разработку двух блоков из четырех, выставленных на продажу. Победителями стали китайские компании CNODC и CNOOC, единственные подавшие заявки, в то время как мировые крупные нефтяные компании предпочли не участвовать в конкурсе. И вернутся ли они на следующие торги в ближайший год — большой вопрос.

Глава BP в Бразилии Адриано Бастос в интервью бразильскому изданию Valor Economico уже заявил, что в мире множество других, более привлекательных активов. По его мнению, крупные компании, скорее всего, не будут участвовать и в последующих конкурсах, даже если власти Бразилии сделают условия для них более привлекательными, поскольку другие проекты заставляют их более дисциплинированно относиться к расходам.

Готовы ли власти Бразилии к дополнительным стимулам и льготам для иностранцев на своем шельфе? На этот вопрос пока нет ответа, но, бесспорно, правительству южноамериканской страны стоит определиться с этим в ближайшее время, чтобы не потерять набранные темпы роста.

Елена Карьгина

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter