Удобную религию придумали в Париже

Аналитика
Удобную религию придумали в Париже
Удобную религию придумали в Париже
28 августа 2020, 15:56Екатерина Вадимова
Дайджест ключевых отраслевых событий за неделю через призму мнений экспертов.

Климат создает свои талмуды

Ожидаемые потери: заместитель председателя Совбеза РФ Дмитрий Медведев заявил, что потребление российской нефти и угля из-за углеродного налога ЕС может сильно сократиться.

«Из-за такого трансграничного регулирования могут значительно сократиться потребление и российской нефти, и российского угля. По оценкам Академии наук, финансовые потери отечественных экспортеров будут составлять миллиарды евро», — цитирует «Прайм» слова Медведева в ходе совещания по вопросу «Об обеспечении долгосрочных интересов Российской Федерации в условиях введения с 2025 года углеродного налога в ЕС». Заместитель председателя Совбеза РФ уточнил, что «эту цифру пока невозможно посчитать, но, тем не менее, речь идет об очень значительных выпадающих доходах».

Быть в мейнстриме: Минэкономразвития подготовило и направило на согласование в заинтересованные ведомства проект концепции системы учета климатических проектов, осуществляемых на территории России. Об этом сообщила пресс-служба ведомства.

Концепция подготовлена в рамках законопроекта о государственном регулировании выбросов парниковых газов, который внесен Минэкономразвития в правительство. «Документ впервые в России рассматривает на системной основе концептуальные рамки для регулирования добровольных климатических проектов и обращения углеродных единиц. При подготовке учитывался не только опыт России в реализации проектов совместного осуществления в рамках Киотского протокола, но и современный опыт реализации климатических проектов по добровольным международным и национальным стандартам», — цитирует заместителя министра экономического развития Илью Торосова ТАСС.

В Минэкономразвития считают, что участие в климатических проектах рассматривается как способ привлечения устойчивых, в том числе зеленых, инвестиций в российскую экономику. Ведомство отмечает, что документ предусматривает создание национального регистра климатических проектов и национального реестра углеродных единиц для обеспечения прозрачности проектной деятельности и оборота углеродных единиц.

Равнение на Париж: новый глобальный климатический договор — Парижское соглашение был утвержден в 2015 году. Региональные схемы его реализации уже действуют в Евросоюзе, Китае, ряде штатов США и Канады. В России до сих пор нет разработанной национальной системы углеродного регулирования.

Мнение: несмотря на благую цель — борьбу с антропогенным влиянием на экологию планеты — Парижское соглашение не далеко ушло от своего предшественника -Киотского протокола. Хотя торговля квотами на выбросы парниковых газов теперь не предусмотрена, но «уши» торгового протекционизма торчат с другой стороны. Например, оказывается, что леса Северной Америки в два раза лучше, чем российская тайга, справляются с углеродным следом. Китай, если подсчитать его выбросы на душу населения, вообще находится практически впереди планеты всей в деле борьбы с парниковыми газами и глобальным потеплением.

Потери не стоит драматизировать

Александр Разуваев, руководитель информационно-аналитического центра «Альпари»: вхождение РФ в Парижское климатическое соглашение — вопрос дискуссионный. «Я не знаю, насколько серьезны будут потери. В свое время Россия очень правильно сделала, что не вошла в ОПЕК и смогла наращивать добычу, когда картель ее сокращал. Вхождение в Парижское климатическое соглашение активно лоббировал Чубайс — сейчас все считают деньги. В то же время, мне кажется, не стоит излишне драматизировать ситуацию. Если мы выйдем из соглашения, тоже ничего не будет. Вообще присоединение к Парижскому соглашению — это политическое решение, это чистая политика», — заявил эксперт.

Парижское соглашение стимулирует низкоуглеродную энергетику

Тамара Сафонова, гендиректор НААНС-МЕДИА, доцент кафедры международной коммерции Высшей школы корпоративного управления РАНХиГС: присоединение России к Парижскому соглашению подтверждает намерения России придерживаться политики ограничения выбросов, что подразумевает проведение мероприятий, влияющих на снижение концентрации парниковых газов и ограничение потепления. «Пока существующие стратегии развития топливно-энергетического комплекса не предусматривают значимого увеличения доли зелёной энергетики в российском энергобалансе. Однако обязательства России по формированию стратегии долгосрочного экономического развития, предусматривающей низкий уровень выбросов парниковых газов, являются стимулирующим фактором для разработки поэтапного перехода российской энергетики на низкоуглеродную», — отметила эксперт.

Она также указала, что в российских реалиях перспективы снижения потребления углеводородов с одновременным ростом доли зелёной энергетики достижимы к 2040–2050 годам, а проблема резкого снижения нефтедобычи до уровня 300 млн тонн реальна уже на горизонте 15 лет при отсутствии инвестиций в разработку новых месторождений.

Вывод: Для того чтобы правильно использовать политические преференции от присоединения к Парижскому климатическому соглашению, России необходимо придумать собственное ноу-хау в деле сокращения углеродного следа, подсчета углеродных единиц и сохранения климата. Вполне возможно, что для этого может пригодиться концепция системы учета климатических проектов. В то же время развитие в России «зеленой» энергетики может оказаться более реалистичным, чем инвестиции в нефтегазовый сектор.

Турция готова торговаться на новых условиях

Анкара без альтернативы: Глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу сообщил, что страна сможет экспортировать газ, обнаруженный в Черном море, в страны Европы.

«Обнаруженный резерв — самый большой в нашей истории, и это только начало. Есть доказательства того, что рядом есть еще резервы. Турция не только покупает газ, но мы являемся транзитной страной. С открытием этого месторождения Турция вошла в ряд огромных энергетических площадок. Мы будем использовать этот газ, чтобы удовлетворить свои собственные потребности, а излишки сможем экспортировать в Европу», — отметил Чавушоглу. По его словам, Турция является единственным маршрутом передачи энергоресурсов с востока на запад, и другой альтернативы нет.

Добыча не позднее 2023 года: Ранее президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил, турецкое буровое судно Fatih обнаружило в Черном море крупнейшее в истории страны месторождение газа примерным объемом 320 млрд кубометров. «Всевышний открыл для нас дверь к невиданному богатству в самом необычным месте. Завтра такие же двери откроются для нас в других местах… Мы полны решимости радикально решить энергетические проблемы нашей страны. Мы не можем останавливаться и отдыхать, пока не станем чистым экспортером энергии», — цитирует Эрдогана агентство Anadolu. Он отметил, что начать добычу газа на вновь найденном месторождении в Черном море планируется не позднее 2023 года.

В 2019 году в Турцию «Газпромом» было поставлено 15,51 млрд кубометров газа, что больше, чем в любую другую страну Европы, кроме Германии (53,5 млрд) и Италии (22,1 млрд). В январе 2020 года начались поставки газа в Турцию по газопроводу «Турецкий поток», проектная мощность которого составляет 31,5 млрд куб. м в год. Всего Турция ежегодно потребляет около 50 млрд кубометров и тратит на импорт энергоносителей в среднем более $40 млрд. При этом через страну проходит сразу несколько газопроводов из России, Азербайджана и Ирана, что позволяет ей диверсифицировать поставки «голубого топлива». Кроме того, небольшая доля газового рынка Турции приходится на Катар и Алжир, которые ввозят в страну СПГ.

Мнение: как неоднократно отмечали отраслевые эксперты в интервью «НиК», на шельфе Черного моря газ есть и его там много, но работу на данных месторождениях осложняет сероводородный слой, залегающий в данной акватории. Поэтому до сих пор не существует доступных технологий, способных сделать добычу таких запасов рентабельной. От разработки месторождений газа на черноморском шельфе Румынии и Украины уже отказались такие мировые нефтегазовые гиганты, как ExxonMobil и OMV. В связи с этим, скорее всего, Анкара будет использовать информацию о запасах на шельфе Черного моря для переговоров о поставках сырья с Россией, Ираном и Азербайджаном. Закономерно, что ряд долгосрочных контрактов на поставку российского газа в Турцию истекает в следующем году.

Дождаться аудита

Анна Бутко, аналитик по нефтегазовому сектору АТОН: пока не очень много деталей касательно обнаруженного месторождения. Известно, что ожидаемая добыча составит 10-15 млрд куб. м газа в год, что покроет где-то треть от внутреннего спроса страны. «Однако пока такие заявления кажутся слишком оптимистичными, особенно в части начала поставок на внутренний рынок уже в 2023 г. Стоит дождаться аудита скважин, подтверждения запасов и расчета ожидаемых затрат на создание инфраструктуры для разработки месторождения. На текущий момент, учитывая ценовую конъюнктуру, Турции сложно будет привлечь зарубежных партнеров. В случае, если запасы подтвердятся, Турция сможет усилить свои переговорные позиции с поставщиками газа, в том числе и „Газпромом“, учитывая, что ряд долгосрочных контрактов на поставки газа у страны истекает в 2021 году», — отметила аналитик.

Выборы «ускоряют» добычу

Алексей Гривач, замдиректора Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ): пробурена всего одна разведочная скважина. В то же время речь идёт о глубоководном участке шельфа, и Турции, как новичку в этой сфере, будет непросто организовать добычу газа самостоятельно, даже если запасы подтвердятся.

Отвечая на вопрос о том, будет ли использован данный фактор при переговорах о заключении новых контрактов на поставки газа в Турцию, эксперт отметил, что Анкара, конечно, будет использовать эту карту в переговорах: «Но мне кажется, что в первую очередь этот пиар вокруг месторождения направлен на избирателей. Неслучайно Эрдоган пообещал начать добычу в 2023 году, когда в Турции пройдут парламентские и президентские выборы. Экономическое положение страны сейчас достаточно тяжелое, лира сильно девальвировалась, туризм просел. Партии власти срочно требуются успехи, чтобы укрепить свое положение», — заявил Гривач.

По его мнению, если коммерческие запасы газа в найденном месторождении действительно есть и их удастся вывести на рынок в обозримом будущем, то это приведёт к усилению конкуренции за рынки сбыта в регионе, что осложнит жизнь всем экспортерам: «Но до какой степени — сказать трудно, так как возможен и позитивный эффект, связанный с ростом экономической активности и потребления газа в той же Турции, где спрос падает уже два года подряд с пиковых значений, достигнутых в 2017 году», — указал эксперт.

Вывод: Дверь к «невиданному богатству» найдена, но зайти в нее к 2023 году удастся скорее турецкой политической элите.

«Силу Сибири-2» готовят к ТЭО

Газ через Монголию: 25 августа в режиме видеоконференцсвязи состоялась рабочая встреча председателя правления «Газпрома» Алексея Миллера и премьер-министра Монголии Ухнаагийна Хурэлсуха. Стороны обсудили перспективы сотрудничества по проекту трубопроводных поставок газа из России в Китай через территорию Монголии.

«В рамках встречи Алексей Миллер и вице-премьер Монголии Янгугийн Содбаатар подписали меморандум о намерениях в отношении создания компании специального назначения. Компания будет учреждена в Монголии для разработки технико-экономического обоснования проекта строительства и эксплуатации магистрального газопровода», — сообщил российский концерн. По данным издания «Ведомости», ТЭО может быть готово в начале 2021 года. В «Газпроме» отметили, что все прединвестиционные исследования планируется завершить в 2020 году. Монгольское информационное агентство «Монцамэ», в свою очередь, сообщало, что на следующей неделе будет подписан конфиденциальный договор между «Газпромом» и госкомпанией «Эрдэнэс Монгол», который и определит параметры работы спецкомпании.

Напомним, идея строительства нового газопровода активно обсуждается с 2018 года. Тогда в ходе встречи Владимира Путина и Си Цзиньпина в рамках Восточного экономического форума глава КНР попросил своих подчиненных согласовать все формальности, касающиеся нового проекта, в кратчайшие сроки. В марте 2020 года президент РФ Владимир Путин на встрече в Кремле с Алексеем Миллером согласился дать поручение о начале проектно-изыскательных работ для газопровода «Сила Сибири-2».

Мощность новой экспортной артерии через Монголию в Китай может составить до 50 млрд куб. м газа в год. Ресурсной базой проекта станут месторождения Ямала и Надым-Пур-Тазовского региона ЯНАО, Ковыктинского месторождения и ресурсы Красноярского края. В руководстве «Газпрома» говорили, что с запуском данного проекта газ Ямала будет поставляться и в Европу, и в Азию. «Сила Сибири-2», как предполагается, соединит газотранспортные инфраструктуры запада и востока РФ и газифицирует Восточную Сибирь. Предполагается, что основные затраты по проекту газопровода через Монголию будут сделаны после 2024 года, после завершения выхода на полную мощность «Силы Сибири-1».

Мнение: ряд экспертов считает, что «Сила Сибири-2» со своей развитой сырьевой базой планируется для обеспечения еще одного источника загрузки «Силы Сибири-1», если на Чаяндинском и Ковыктинском месторождениях не будет достигнута запланированная производительность.

«Сила Сибири-2» не заменит «Силу Сибири-1»

Алексей Белогорьев, заместитель директора по энергетическому направлению Института энергетики и финансов: ранее Китай выступал за полный отказ от транзита через Монголию. Однако после того как произошла нормализация отношений двух стран, Пекин спокойно относится к возможности участия в проекте Улан-Батора, поэтому возможность прокладки такого газопровода Китаем не отвергается: «Для Пекина этот вариант газопровода более интересен, чем газопровод „Алтай“ (первоначальный маршрут газопровода „Сила Сибири-2“), поскольку плечо транспортировки газа до конечных потребителей на территории Китая существенно снижается», — пояснил эксперт.

Однако, по его мнению, пока преждевременно говорить, что Китай заинтересован в этом проекте: «С точки зрения спроса дополнительные объемы российского газа из Западной Сибири пока не являются обязательным условием развития китайского рынка. Это, скорее, дополнительная опция, которая может быть востребована после 2030 года. Но в базовые китайские балансы, насколько мне известно, эти объемы не закладываются», — уточнил Белогорьев.

Он также рассказал, что для Китая данный проект сопряжен с рядом трудностей, и прежде всего это себестоимость поставок: «В целом маршрут через Монголию короче, но он требует строительства инфраструктуры. Для «Силы Сибири-2» нужно строить инфраструктуру в России, в Монголии и в Китае. Кроме того, есть фактор «Силы Сибири- 1». Китай достаточно напряженно следит за тем, что происходит на Чаядинском месторождении. Поэтому пока не будет полной уверенности, что Россия выполнит все свои обязательства по «Силе Сибири-1», КНР будет очень осторожно подходить ко всем другим проектам. Более приоритетным для КНР является увеличение поставок по «Силе Сибири-1», — заметил Белогорьев.

Он напомнил, что помимо транспортных расходов существует проблема разного подхода к ценообразованию у китайской Sinopec и российского «Газпрома»: «В целом при нормальных ценах на сырье, а не ценах текущего кризисного года, эти поставки для Китая получаются довольно дорогие, на грани конкурентоспособности с СПГ», — считает эксперт.

Для России основной риск проекта заключается в монопольной зависимости от одного покупателя, Монголия в данном случае мало что добавляет: «Кроме того, надо понимать, что на конец 2020-х годов, когда в самом оптимистичном варианте газопровод может быть построен, у „Газпрома“ не будет ни готовой ресурсной базы, ни инфраструктуры для этих поставок. Все это нужно создавать. Это будет легче, чем с Чаяндой или с Ковыктой, тем не менее, это инвестиции в разработку и строительство участков новых газопроводов и компрессорных станций. То есть необходимо вкладывать деньги в полноценный новый проект, который частично проходит в существующих коридорах и опирается на существующую ресурсную базу. Но это большие инвестиции и насколько они целесообразны, учитывая нынешнюю динамику цен и не очевидные гарантии спроса со стороны Китая, неизвестно», — отметил эксперт.

Поэтому, на его взгляд, никакого продвижения по этому проекту пока нет: «Есть меморандум о намерениях. ТЭО — это хорошо, но оно не означает, что „Газпром“ приступит к реализации проекта, поскольку вопросы по нему как были открытыми 13-14 лет назад, когда появился замысел данного газопровода, так они и остались. ТЭО газопровода „Алтай“ было готово лет 11 назад, но строительство так и не началось», — резюмировал Белогорьев.

Выводы: строительство нового газопровода будет зависеть от реализации газовой программы КНР.

Екатерина Вадимова

Сюжеты:
Эксклюзив
Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter