Нефтегазовая отрасль Норвегии — траектория взлета, часть 2
Аналитика

Нефтегазовая отрасль Норвегии — траектория взлета, часть 2

26 августа, 09:05
Норвежские нефтяники и власти сознают, что переход на отдаленные, малые и сложные месторождения требует новых технических решений

(Продолжение. Начало - 22.08.2019)

Ставка на технологическое лидерство

Норвежские нефтяники и власти сознают, что продвижение добычи на Север, переход на отдаленные, малые и сложные месторождения требуют новых технических решений, которые способны усилить конкурентные позиции отрасли и на мировом рынке.

В 2001 г. по инициативе Министерства нефти и энергетики Норвегии создана дискуссионная площадка «Нефть и газ для ХХI века» (Oil and gas for the 21st century, OG21) с участием правительственных, деловых и научных кругов. В том же году принята одноименная стратегия научно-технологического развития, регулярно обновляемая каждые 5 лет.

Цель стратегии — содействие эффективному и экологичному производству на норвежском континентальном шельфе на горизонте нескольких поколений, развитие нефтегазовой экспертизы и предприятий мирового уровня.

Ныне действующая редакция 2016 г. ставит следующие основные задачи:

  1. Максимизация степени использования ресурсов.
  2. Минимизация экологической нагрузки.
  3. Повышение производительности и сокращение издержек.
  4. Развитие инновационных технологий.
  5. Привлечение, развитие и удерживание наиболее талантливых кадров.

С начала века под эгидой правительства и Норвежского исследовательского совета реализованы крупные программы нефтяных НИОКР «ПЕТРОМАКС» и «ДЕМО 2000», фокусировавшиеся, в частности, на технологиях бесплатформенной добычи и увеличения нефтеотдачи недр. Полезный эффект дал приход на шельф инновационных «комаров».

Средний коэффициент извлечения нефти на норвежских месторождениях уже превышает 50% против 20–30% в России.

Старейшее в стране газонефтяное месторождение Экофиск, эксплуатируемое с 1972 г., до сих пор ведет устойчивую добычу, которая по планам должна будет продлиться даже сверх действующего срока лицензии (2028 г.).

В настоящее время реализуется программа «ПЕТРОМАКС 2», принятая в 2017 г. Бюджет программы, финансируемой по каналам пяти норвежских министерств, в 2017–2018 гг. составил 570 млн норвежских крон ($65 млн). Ее сквозные приоритеты — разработка технологий добычи для условий Баренцева моря, сокращение выбросов парниковых газов при производстве электрической и тепловой энергии, повышение энергоэффективности, цифровизация отрасли, а также разработка эффективных организационно-экономических механизмов для внедрения передовых технологий.

Каждый новый крупный проект последнего десятилетия за Полярным кругом оказывается технологическим прорывом, причем на всех, кроме месторождения Голиат, оператором является «Эквинор».

Снёвит, запущенное в 2007 г., стало первым в мире арктическим месторождением, освоенным на большом удалении от берега, причем с подводным заканчиванием, и по сей день держит рекорд протяженности многофазной транспортировки — почти 150 км. Завод по сжижению газа Снёвита на о-ве Мелькёйа близ Хаммерфеста стал первым в Европе и первым за Полярным кругом. Внедрена, пусть и со множеством проблем, качественно новая технология сжижения (процесс «Линде» — «Статойла»).

Донное заканчивание, особенно актуальное в малоосвоенных и холодных арктических районах, пользуется в Норвегии повышенным интересом. С его помощью в 2007 г. освоено крупнейшее газовое месторождение Ормен Ланге, причем, что нехарактерно для мировой практики, в пределах сметы (составлявшей около $10 млрд) и на две недели ранее установленного срока. Норвежские компании во главе с «Эф-Эм-Си Конгсберг» входят в число мировых лидеров по производству подводных добычных модулей (с их помощью реализован и единственный российский проект такого рода — освоение Южно-Киринского месторождения на Сахалинском шельфе).

На заполярном месторождении Осгард проведено первое в мире испытание оборудования для подводного компримирования газа. В ближайшие годы «Эквинор» планирует создать целую «подводную фабрику», которая будет, кроме добычных комплексов, включать в себя дистанционно управляемые донные установки сепарации, обратной закачки и компрессии.

На нефтяном месторождении Голиат (оператор «Эни», 2016 г.), расположенном в Баренцевом море в зоне распространения плавучих льдов, опробована уникальная плавучая платформа в виде круглой плоскодонной «кастрюли», разработанная норвежской компанией «Севан Марине».

На газовом месторождении Оста Ханстеен (2018 г.) установлена первая на норвежском шельфе и крупнейшая в мире платформа с натяжными основаниями типа SPAR. Это пионерный проект на глубоководном шельфе Норвегии (глубина моря — 1300 м), в рамках которого проложен и первый газопровод с шельфа заполярной Норвегии на европейский рынок «Полярлед».

На месторождении Йохан Кастберг (плановый срок начала добычи — 2024 г.) будет работать первое в Норвегии судно для плавучей добычи, переработки и отгрузки нефти (англ. FPSO) и мощный подводный добычной комплекс.

Судьба Йохана Кастберга, крупнейшего месторождения на шельфе Баренцева моря, весьма примечательна. Первоначально оператором месторождения была назначена «Лундин» в знак признания ее высокой геологической квалификации. Но проект освоения, предложенный в 2014 г., оказался убыточным в условиях дешевой нефти. Операторство было передано «Статойлу», который, применив ряд технических новинок, всего за 3 года сумел сократить стоимость проекта вдвое, а пороговую цену нефти, необходимую для рентабельной разработки Йохана Кастберга, «сбить» с $80 до $35 за баррель. По ресурсному портфелю «Статойла» этот показатель на конец 2017 г. составил $27.

В последние годы у норвежских производителей нефтегазового оборудования формируется новое модное направление — трансфер технологий в другие области науки и техники, открывающий принципиально новые рынки.

Оказалось, что математические модели движения жидкостей по нефтепроводам могут быть адаптированы для нужд кардиологии, а мощный компактный конденсатор, разработанный для внутрискважинных работ, может с успехом устанавливаться на электромобили.

«Низкоуглеродный переход»

Данная тенденция полезна и для улучшения общественного имиджа «нефтянки». Как ни парадоксально это звучит (особенно на фоне российской практики), но в Норвегии нефтегазовая отрасль становится все менее «популярной», хотя на нее приходится более трети национального экспорта, 15% ВНП, пятая часть доходов государства и инвестиций.

На нефтяников давят очень влиятельные в стране экологические организации, не только опасаясь аварийных разливов нефти (особенно в Арктике), но и по принципиальным соображениям сокращения выбросов СО2 в атмосферу при производстве и сжигании углеводородов.

Этому способствует политика норвежских правительств, которые, независимо от партийной принадлежности, настроены сделать страну мировым лидером в деле снижения выбросов парниковых газов, реализации Киотского протокола, а теперь Парижского соглашения.

«Экологизация» отрасли и экономики идет по взаимосвязанным направлениям: повышение энергоэффективности, сокращение выбросов парниковых газов (в том числе на транспорте), диверсификация нефтегазового и сервисного бизнеса в сторону энергетического. В 2019 г. выдана первая в истории Норвегии лицензия на пользование недрами не для добычи, а для закачки углекислоты в пласт.

«Статойл» (в переводе буквально «Госнефть») неслучайно переименовался по собственной инициативе в «Эквинор», избавившись от обоих симптоматичных корней в названии. В 2020 г. в его программе НИОКР (стоимостью, для справки, 26 млрд норв. крон, около $3 млрд) 25% расходов будут направлены на поиск низкоуглеродных технических решений и освоение возобновляемых источников энергии. Опираясь на богатый морской опыт, «Эквинор», в частности, разработал плавучие ветряки «Хайвинд» (высотой 254 м, из них 176 м — над водой), запустив первую в мире плавучую электростанцию на шельфе Шотландии. Она имеет мощность 30 МВт, что достаточно для снабжения 20 тыс. домов.

Правительство пытается вывести страну в мировые лидеры по переводу автотранспорта на электродвигатели. Норвежцы опираются на традиционно мощную гидроэлектроэнергетику, благодаря которой 70% энергии в стране вырабатываются из возобновляемых источников (для сравнения: цель ЕС — достичь 20% к 2020 г.). Число электромобилей в Норвегии растет на 40% в год и по состоянию на конец июня 2019 г. составило 232,5 тыс. (8,5% автопарка), плюс свыше 100 тыс. гибридных автомобилей. Правительство привлекает покупателей масштабными льготами, такими как освобождение электромобилей от НДС и налога на покупку автомобиля, льготный проезд по платным автодорогам и на паромах, бесплатные стоянки в центре Осло и др.

Актуальность низкоуглеродной тематики наглядно подчеркнуло падение нефтяных цен в 2014-2015 гг.

Расчеты норвежских специалистов, опубликованные в январе 2016 г., показали, что при тогдашних ценах и издержках разработка любого нового месторождения, включая гигантское Йохан Свердруп, была бы нерентабельной.

Шоковая реакция норвежского общества показала, что, несмотря на постоянные предостережения специалистов, оно морально не готово к немедленному «концу нефтяной эпохи». И это при том, что в крупнейшем в мире норвежском суверенном нефтяном фонде уже аккумулированы свыше 9 трлн норв. крон — около $1 трлн, или почти по $200 тыс. на каждого жителя.

Как показано выше, норвежские нефтяники смогли оперативно улучшить экономические характеристики отрасли. Широкая общественность после этого вновь «расслабилась», тем более что цены вышли на вполне приемлемый для Норвегии уровень порядка $60/барр. Представляется, однако, что постоянные попытки норвежцев заглянуть в послезавтрашний день заслуживают уважения и прикладного изучения. Не всегда, но в целом им это удается.

Андрей Криворотов, кандидат экономических наук

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter