Тема недели: рынок нефти заражен спекуляциями
Аналитика

Тема недели: рынок нефти заражен спекуляциями

24 января, 15:08
В нефтяную повестку вместо торговой войны США и КНР, видимо, осознанно занесен фактор вспышки короновируса в Китае

Прошедшая неделя принесла нефтяному рынку очередную порцию прямо противоположных прогнозов. Трейдеров одновременно пугали и профицитом, и дефицитом сырья. Ливийский конфликт продолжал висеть «дамокловым мечом» над всеми европейскими потребителями углеводородов. Однако самое удивительное, что в нефтяную повестку вместо торговой войны США и КНР, видимо, вполне осознанно был занесен фактор вспышки заболевания новым штаммом коронавируса в Китае. И хотя напрямую с нефтью и газом его связать не смогли, но удачно отнесли к факторам, которые могут замедлить деловую активность и потребление топлива.

Проходивший на этой неделе Всемирный экономический форум в Давосе также не мог обойти стороной нефтяной рынок. Глава МЭА Фатих Бирол в кулуарах форума заявил агентству Reuters, что ожидает переизбытка нефти в первой половине текущего года.

Несколько иной прогноз дал глава отдела стратегий на товарных рынках Saxo Bank Оле Хансен.

Он предположил, что цена на нефть марки Brent может вырасти до $75 за баррель к концу 2020 года из-за ослабления доллара США.

«К концу года цена марки Brent может из-за роста инфляции и ослабления доллара дойти до $75 за баррель. Любое краткосрочное снижение… будет, скорее всего, ограниченным. Сохраняющиеся угрозы стороне предложения в связи с конфликтами на Ближнем Востоке и в Ливии не дадут рынку сильно сжаться», — цитирует документ РИА «Новости».

Касаясь американской валюты, эксперт указал, что производственный сектор американской экономики пострадал от трамповских пошлин и замедления в разработке сланцевых месторождений нефти и газа.

Выступить в поддержку рынка решил и глава ЛУКОЙЛа Вагит Алекперов, который заявил, что допускает возвращение цен на нефть к $100 за баррель, поскольку пока нет новых открытий крупных месторождений. «Сегодня мы имеем дело с исчерпаемыми запасами: потребление растет, открытий, к сожалению, больших нет. Это возможно», — сказал Алекперов ТАСС.

Однако больше всего отличились аналитики Goldman Sachs, которые решили уровнять «медвежий» фактор — распространение коронавируса — с возможными перебоями в поставках нефти с Ближнего Востока.

«Опасения по поводу потенциальной эпидемии помогут противостоять опасениям, связанным с перебоями в поставках в Ливии, Иране и Ираке, что приведет к волатильности цен в ближайшие недели», — считают в Goldman Sachs. Аналитики JPM Commodities Research, в свою очередь, оценили ценовой шок в $5 за баррель в том случае, если распространение вируса перерастет в эпидемию.

Между тем девять городов китайской провинции Хубэй вслед за Уханем опубликовали сообщения о временной приостановке транспортного сообщения. Меры затронули более 29,2 млн жителей провинции. Однако это далеко не весь Китай, население которого превышает 1 млрд. Кроме того, никто не знает, как будет меняться структура потребления энергоносителей. Бензоколонки в провинции никто не закрывал, люди продолжают работать. Не совсем понятно, как этот фактор может сказаться на мировом потреблении нефти. Вряд ли из-за вспышки данного заболевания американцы или европейцы перестанут путешествовать и пользоваться личным автотранспортом, да и в самой КНР уменьшение потребления энергоносителей не прогнозируется.

Именно поэтому российские отраслевые эксперты считают, что фактор коронавируса — это чистая спекуляция, которая только отвлекает от серьезных проблем, а проблем у глобального нефтяного рынка действительно много.

Независимый эксперт Вячеслав Мищенко в интервью «НиК» отметил, что коронавирус — это уже совсем спекуляции.

«В таком случае к нефтяному рынку можно будет привязывать любое событие в мире. На мой взгляд, сейчас время спекулянтов.

Фондовый финансовый рынок после кризиса 2008 года находится под контролем, поэтому зарабатывать там стало сложнее. Но на товарно-сырьевых рынках, в первую очередь рынке нефти, такая возможность еще остается. Раскачивать этот рынок выгодно именно финансовым игрокам, спекулянтам, которые могут иметь на этом дивиденды», — указал эксперт.

Вместе с тем, по его мнению, этот год будет достаточно волатильным. «Он очень нервно начался (с убийства иранского генерала Сулеймани — прим. „НиК“) именно с точки зрения геополитической напряженности. Потом случился ливийский кризис. На прошлой неделе отгрузки нефти из пяти портов Ливии упали более чем на 70%. Это, в свою очередь, также поддержало котировки», — пояснил Мищенко.

При этом он заметил, что, согласно фундаментальным факторам, на рынке ничего катастрофического не происходит, то есть теоретически предложение по совокупности заявленных проектов и мощности превышает спрос. «Но что касается фактического положения дел, то мы видим, что количество буровых установок в США снижается. Кроме того, огромную роль играют геополитические факторы, они будут превалировать над обычными фундаментальными факторами. К этому можно отнести напряженность между США и Ираном с возможным вовлечением в конфликт третьих стран. То же самое и в Ливии. Она не крупнейший нефтяной экспортер, тем не менее 1,5 млн баррелей может выпасть из баланса. Неизвестно, какую позицию выберет Саудовская Аравия в рамках ОПЕК+. Есть мнение, что, может быть, к середине года она из сделки выйдет. Поэтому у многих экспертов вызывает большой вопрос судьба соглашения ОПЕК+», — рассказал эксперт.

В то же время он считает, что если не брать какие-то пиковые ситуации, например военные действия в Персидском заливе, обострение ситуации в Ливии, то, наверное, котировки сохранятся в среднем в пределах $65 за баррель. «На этом фоне российская нефть чувствует себя достаточно уверенно. Мы находимся в другом регионе и являемся стабильным поставщиком, в отличие от стран Персидского залива и африканского побережья. С точки зрения российской экономики и нефтегазового сектора поставки российской нефти остаются стабильными. Спрос есть как на европейском, так и на восточном направлениях. Ценовая конъюнктура для российской нефти достаточно привлекательная. Спрос на среднесернистые и сернистые сорта в Европе сохраняется на высоком уровне. В течение прошлого года они периодически переходили в премию», — резюмировал Мищенко.

Директор Фонда энергетического развития Сергей Пикин напомнил, что нефтяной рынок — один из самых сложных с точки зрения и объемов торговли, и количества игроков. «Пока колебания цены небольшие. После резкого падения в 2014 году нефть могла за раз уходить на 10% вниз. В прошлом году серьезные колебания были только после атаки дронов на нефтяные объекты Саудовской Аравии. Тем не менее пока все укладывается в цифру около $60 за баррель. В целом 2019 год был спокойным, с поднятием стоимости до $65 за баррель, но не выше $70», — заметил эксперт.

В текущем году, по его мнению, колебания цены, безусловно, будут, хотя пока $60 за баррель выглядит оптимальной цифрой.

«Факторов, влияющих на рынок, много. Ждем мартовского заседания ОПЕК+. Хотя, на мой взгляд, соглашение сохранится, а может, даже усилится сокращение добычи»,

— пояснил Пикин.

Эксперт «Международного финансового центра» Владимир Рожанковский считает, что ситуация с Ираном развивается неожиданно. «В настоящем моменте острую ее фазу удалось погасить, но иранцы не простили Госдепу убийство генерала. Это бомба замедленного действия. Дальше развитие этой ситуации зависит от позиции Европы. Госдеп склоняет ЕС к тому, чтобы он полностью разделил с США санкции против Ирана. Европа это делает пока выборочно, так как у нее в Иране много энергопроектов и она не готова нести прямые убытки. Если же Старый Свет будет поддерживать Тегеран, возможно, ситуацию удастся нормализовать. Тем не менее пока можно констатировать, что в начале 2020 года напряжение вокруг Ирана достигло гораздо большего накала, чем в декабре 2019 года, и это потенциально толкает нефть вверх. В настоящее время именно в руках у Европы ключ к решению иранского вопроса», — рассказал эксперт.

По его мнению, ситуация на рынке больше эмоциональная, учитывая, что риски роста цены на нефть связаны скорее не с дефицитом предложения, а с геополитическими факторами.

Касаясь темы прогнозов, Рожанковский отметил, что большинство нефтетрейдеров работают на американский истеблишмент и поддерживают американскую риторику о том, что нефти стало слишком много, а Америка является нефтеэкспортером. «Сейчас американской нефти действительно много. В Западном полушарии, безусловно, есть избыток предложения, много стран ее добывают и экспортируют.

Но вопрос в том, что из Западного полушария в Восточное нефть самолетом не доставляется. Она доставляется трансатлантическими танкерами, а они в дефиците.

Чтобы свободно транспортировать нефть из Западного полушария в ЕС, нужно за 6 лет построить примерно 10 танкеров. Но, насколько я знаю, никто не взялся за решение данной проблемы. Танкеры строятся пока совсем другими темпами — одно судно за 3-4 года. Поэтому никаких прорывов в транспортировке нефти в ближайшее время не будет, и этот фактор не дает возможности свести „нефтяную формулу“», — пояснил эксперт.

Согласно его прогнозу, в ближайшее время продолжат появляться комментарии американских аналитиков и МЭА о росте добычи нефти в США, о больших резервах страны и развитии переработки, но в то же время будут слышны и мнения европейских экспертов о большом количестве рисков, которые исходят с Ближнего Востока. «Нефть в Европу может поступать из России, которая под санкциями, с севера Африки, из Норвегии, у которой очень ограниченные возможности, но главный источник Brent — это Ближний Восток.

Поэтому европейские нефтетрейдеры смотрят с опаской на ситуацию вокруг Ливии, Ирана и думают о закупках нефти впрок. Соответственно, спрос на нефть они постоянно подогревают.

Поэтому сейчас стоит отходить от вычисления совокупного предложения и совокупного спроса. Это не даст ответа на вопрос о будущем нефтяного рынка», — резюмировал Рожанковский.

В завершение хочется отметить, что уже скоро нефтяной рынок может получить еще один хороший повод для спекуляций — это новая торговая война, но уже не США с Китаем, а США с Европой. 22 января президент Соединенных Штатов Дональд Трамп заявил, что у Европейского союза «нет выбора». Если Брюссель не заключит с Вашингтоном новое соглашение в сфере торговли, США введут пошлины на импорт европейских автомобилей. Поэтому повод для спекуляций найдется всегда, что, конечно же, отвечает интересам администрации американского президента, которая готовится к выборам и не может допустить резкого роста цен на топливо в стране.

Екатерина Вадимова

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter