У России есть шансы на выигрыш в литиевой гонке

Аналитика
У России есть шансы на выигрыш в литиевой гонке
У России есть шансы на выигрыш в литиевой гонке
21 июня, 11:18Леонид Хазанов, д.э.н., промышленный экспертФото: itcrumbs.ru
Хотя элемент № 3 в нашей стране не добывается, ситуация может скоро измениться

Австралийско-британский горнорудный гигант Rio Tinto заключил с канадской технологической компанией Nano One Materials соглашение, способное дать резкий толчок глобальному рынку лития. В соответствии с ним, Rio Tinto вложит $10 млн в Nano One Materials и будет развивать с ним завод Candiас, производящий катодные материалы для изготовления литий-ионных аккумуляторов для электромобилей.

У Rio Tinto есть достаточный объем финансовых средств для претворения в жизнь подобной затеи и ноу-хау в сфере переработки литиевого сырья, у Nano One Materials — запатентованная технология выпуска катодных материалов с высокими содержаниями никеля, железа и марганца без необходимости использования их сульфатов, что снижает их стоимость. Ее фишка — применимость практически ко всем типам литий-ионных аккумуляторов для электромобилей и портативной электроники.

Еще Rio Tinto имеет литиевый проект Rincon в Аргентине. Он был приобретен в марте нынешнего года за $285 млн после того, как двумя месяцами ранее Rio Tinto пришлось отложить на год реализацию проекта Jadar в Сербии — правительство страны заблокировало его, хотя он мог принести в нее огромные инвестиции в размере $2,4 млрд. Теперь Rio Tinto планирует поставлять литиевое сырье с Rincon на совместное с Nano One Materials предприятие, которое еще предстоит создать. Если их идея окажется успешной, то они будут снабжать катодными материалами производителей литий-ионный аккумуляторов по всему свету.

Интерес Rio Tinto к литию отражает рост его мирового рынка, наблюдаемый на протяжении последних лет. Резкий скачок спроса на литий случился в 2016–2017 годах, когда в Китае стало быстро расширяться использование электромобилей, щедро субсидируемое его властями. Это привело к повышению цен на литий и последующему увеличению поставок материалов на его основе.

В результате в 2018–2020 году произошло падение цен на литий, неблагоприятно сказавшееся на предприятиях по добыче его сырья: их рентабельность существенно уменьшилась, кое-кто из них был законсервирован. Свою негативную лепту внесла и разразившаяся в 2020 году пандемия коронавируса, приведшая к приостановке существующих и строительству новых заводов по выпуску литий-ионных аккумуляторов и электромобилей.

Во второй половине 2020 года ситуация стала кардинально улучшаться: возник ажиотажный спрос на электромобили, продолжившийся в 2021 году.

В немалой степени он подогревался взятым в США и Европейском союзе курсом на «озеленение» экономики, одним из ключевых элементов которого служит применение электромобилей на их дорогах. Благоприятные последствия не заставили себя ждать — 2021 году продажи электромобилей на планете удвоились по сравнению с 2020 годом.

Такая тенденция привела к очередному росту цен на литий, не остановившихся в 2022 году и стимулирующих запуск проектов по добыче его сырья, как рудного, так и гидроминерального. Правда, американский банк Goldman Sachs распространил отчет, предсказав в нем спад цен на карбонат лития с $60 тыс. до $50 тыс. за тонну в текущем году и до $16 тыс. — в следующем.

Но он подвергся справедливой критике со стороны британской консалтинговой фирмы Benchmark Mineral Intelligence, заявивший о неучете аналитиками Goldman Sachs ряда важных факторов, включая низкие содержания лития в рудных и гидроминеральных месторождениях КНР и зависимость от поставок его сырья из-за границы, ограничивающие производство литий-ионных аккумуляторов и электромобилей в стране (хотя по объем их выпуска Китай обгоняет Японию, Южную Корею, США и Европейский союз).

Однако государственная поддержка делает свое дело: в ближайшие годы выпуск литий-ионных аккумуляторов и электромобилей в КНР будет набирать обороты, выступая драйвером рынка лития. Соответственно, по оценкам Benchmark Mineral Intelligence, в 2022 году мировой спрос на литий (в карбонатном эквиваленте) составит 600 тыс. тонн, выйдя в 2030 году на отметку 2,4 млн тонн. Капитальные вложения в добычу и переработку литиевых руд и солей за указанный период времени могут достигнуть $42 млрд.

Ожидания Benchmark Mineral Intelligence перекликаются с расчетами BloombergNEF, прогнозирующими расширение глобальных продаж электромобилей до 20,5 млн штук в 2025 году против 6,5 млн штук в 2021 году. Через три года КНР и Европейский союз будут контролировать 80% их мирового рынка, США — 15%.

В отдаленной перспективе BloombergNEF допускает доминирование электромобилей в глобальном парке машин: он может составить 686,8 млн штук в 2040 году относительно 56,3 млн штук в 2025 году. В данной бочке с медом есть маленькая ложка дегтя — специалисты BloombergNEF предполагают трудности с обеспечением литиевым сырьем.

Они недалеки от истины. В структуре запасов лития доминируют Аргентина, Чили, Австралия и Китай, добыча сырья также преимущественно распределена между ними. Вариантов получения соединений лития всего три: извлечение из сподуменового или лепидолитового концентратов, либо из рапы соляных озер, либо из подземных вод. И в указанных выше странах есть предпосылки для торможения роста добычи — экономические и технические.

В этой связи на арену литиевого рынка могут выйти игроки, доселе не воспринимаемые всерьез никем из ключевых производителей литий-ионных аккумуляторов и электромобилей — Зимбабве, Намибия, Германия, Португалия и Россия.

Положение дел с литием в нашей стране выглядит самым парадоксальным образом. Запасы лития, по информации Министерства промышленности и торговли России, равны 260 тыс. тонн, прогнозные ресурсы — 1 млн тонн. Все запасы сосредоточены в рудных месторождениях, локализованных главным образом в редкометалльных гранитах и гранитных пегматитах. Добыча на них не ведется.

На сегодняшний день в России существует три предприятия по производству литиевых соединений — Красноярский химико-металлургический завод, Новосибирский завод химических концентратов и торговый дом «Халмек», импортирующие сырье из-за рубежа. И только одно крупное предприятие по выпуску литий-ионных аккумуляторов — созданный «Роснано» в Новосибирской области завод «Лиотех» мощностью 1 ГВт*час в год, признанный шесть лет назад банкротом из-за долгов на сумму около 9,8 млрд рублей. Его будущее неясно.

Вместе с тем государственная корпорация «Росатом» хочет построить в Калининградской области предприятие по изготовлению литий-ионных ячеек и аккумуляторов на 4 ГВт*час в год с возможностью увеличения его производительности до 14 ГВт*час в год. Инвестиции в его проект превысят 26 млрд рублей, он сможет обеспечить порядка 50 тыс. электромобилей ежегодно. Предприятие должно заработать в 2025 году.

Его запуск коррелирует с параметрами концепции по развитию производства и использования электротранспорта в России до 2030 года, утвержденной правительством в августе минувшего года. В ней предусмотрен выпуск в 2025 году 44 тыс. электромобилей, через пять лет — 217 тыс. штук. Бесспорно, они дороговаты для простых граждан — отечественное автомобилестроение испытывает проблемы, — но они не будут отложены в долгий ящик.

Недаром же Министерство транспорта России направило администрациям регионов методические рекомендации по стимулированию их применения, предлагая в них понизить или отменить транспортный налог для электромобилей и предоставить им право бесплатного проезда по платным дорогам. Плюс предполагаются закупки электробусов в Нижний Новгород, Казань, Уфу, Севастополь — в Москве они давно стали обыденностью.

Интерес к электромобилям и литию столь велик, что внимание к ним проявили «Газпром» и Иркутская нефтяная компания (ИНК), заключившие в октябре 2021 года меморандум о намерениях. В соответствии с ним «Газпром» и ИНК проработают проект по извлечению лития из пластовых вод Ковыктинского газоконденсатного месторождения. И тогда же ИНК сдвинула на пару лет старт добычи лития на Ярактинском нефтегазоконденсатном месторождении.

Примечательный факт: «Газпром» и ИНК не раскрывают, сколько именно солей лития они собираются извлекать на Ковыктинском месторождении, на Ярактинском же речь идет о 1 тыс. тонн в год — мизерное количество, не покрывающее потребностей России.

Имеются и иные любопытные нюансы, позволяющие со скепсисом относиться к замыслам «Газпрома» и ИНК. Объем добычи пластовых вод будет определяться режимом эксплуатации того или иного месторождения, их надо будет очищать от нежелательных примесей, закачка их в недра для поддержания давления может привести к их разубоживанию и падению в них концентраций лития (и без того уступающих его содержаниям в рудах), сделав его извлечение коммерчески невыгодным.

На их фоне куда более привлекательным представляется проект «Норильского никеля» и «Росатома» по освоению Колмозерского месторождения в Мурманской области (его доля в российских запасах лития близка к 20%). На нем планируется добывать сподуменовую руду с последующей переработкой в гидроксид лития — он стоит дороже привычного карбоната. Рассматриваются возможности по производству прекурсоров на мощностях «Норильского лития» для снабжения ими аккумуляторного завода «Росатома» в Калининградской области.

При удачном стечении обстоятельств разработка Колмозерского месторождения полностью закроет спрос на литий в России и даст мощный импульс производства ней электромобилей, не считая обеспечения им иных отраслей промышленности (цветной металлургии, авиастроения, химии). В противном случае наша страна окажется аутсайдером литиевой гонки, по-прежнему завися от ввоза сырья из Латинской Америки.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter