Бюджет «отлучают» от нефти
Аналитика

Бюджет «отлучают» от нефти

18 ноября 2019, 19:17Екатерина Вадимова
Разбираемся, почему нефтегазовые доходы российского бюджета падают, хотя рыночная цена на нефть выше заложенной в бюджете

Российское министерство финансов оказалось в плену собственных противоречий. На прошлой неделе глава ведомства Антон Силуанов сообщил российским парламентариям о сокращении нефтегазовых доходов страны из-за снижения цен на нефть в январе-сентябре текущего года. При этом изначально стоимость черного золота за 9 месяцев 2019 года была выше уровня, заложенного в российском бюджете. «НиК» решил разобраться, с чем связаны столь странные расчеты главного финансового ведомства страны.

Напомним, что на днях Госдума РФ в первом чтении приняла поправки к федеральному бюджету на 2019 год, согласно которым доходы страны в текущем году снизятся. Министр финансов Антон Силуанов в своем выступлении на заседании Госдумы сообщил, что в 2019 г. федеральный бюджет недополучит 204 млрд руб., сокращение связано с уменьшением нефтегазовых доходов на 398,5 млрд руб.

При этом объем поставок углеродного сырья в 2019 году вырос на 3,3%, до 197,6 млн тонн, но этого оказалось недостаточно для компенсации снижения цен на нефть. По данным Минфина, в среднем за 9 месяцев каждый баррель российской Urals уходил на экспорт по $64,15, что на $6,46, или 9%, ниже уровня прошлого года.

В то же время в бюджете изначально была заложена стоимость нефти в $63,4, то есть сырье все равно стоило выше запланированного уровня.

Тем не менее, судя по словам министра, профицит российского бюджета упал с 1,881 трлн руб. до 1,480 трлн руб. Доходы казны также оказались ниже ожидаемых 20,174 трлн руб. — 19,970 трлн. Расходы, напротив, выше — 18,489 трлн руб.

Отметим, что в кабинете министров на рост нефтяных цен в оставшееся до конца 2019 года время не надеются, поэтому, согласно поправкам в бюджет, прогнозная стоимость черного золота снижена до $62,2 за баррель. Уровень средних контрактных цен на газ сокращен с $226,7 до $189,2 за 1 тыс. куб. м.

Кстати, в принятом законопроекте федерального бюджета на 2020 год доходы должны составить 20,4 трлн руб. (18% ВВП), этот документ сверстан исходя из заложенной в бюджетном правиле цены на нефть марки Urals в $42,4 за баррель.

Заместитель руководителя информационно-аналитического центра «Альпари» Наталья Мильчакова в интервью «НиК» заметила, что, по ее мнению, снижение базовой цены на нефть в проекте бюджета вполне оправданно. «Если на ближайшей встрече ОПЕК+ в декабре 2019 года ее участники не договорятся о более существенном сокращении добычи нефти, а оставят его на текущем уровне 1,3 млн баррелей, не исключено, что этого будет недостаточно для поддержания нынешнего уровня цен», — заявила эксперт.

По ее словам, Россия и ОПЕК сокращают добычу, а США, наоборот, ее наращивают.

«Получается, что избыточное предложение на рынке все равно имеется. Кроме того, замедляются темпы роста крупнейших экономик мира, в частности Еврозоны, возможно и Китая.

Спрос низкий, предложение большое. Из этого следует, что высоких цен в первом квартале 2020 года ожидать не следует, если, конечно, ОПЕК+ не сократит еще больше добычу. Хотя, скорее всего, участники соглашения на это не пойдут. Тем не менее я считаю, что если бы с рынка убрали лишних 3–3,5 млн баррелей, то нефть опять бы поднялась на уровень $70–80, а может быть и выше», — рассказала Мильчакова.

Она заметила, что нефтегазовые поступления в российский бюджет зависят от экспортных пошлин на нефть, которые меняются только раз в месяц, поэтому, возможно, скачки стоимости черного золота на мировом рынке отрицательно сказались на наполняемости российской казны.

Финансовый аналитик компании «БКС Премьер» Сергей Дейнека в своем комментарии для «НиК» отметил, что снижению нефтегазовых доходов российского бюджета могли способствовать следующие факторы. «Во-первых, летом мы наблюдали за значительным спадом объемов углеводородного экспорта РФ из-за проблем с трубопроводом “Дружба”. Данное снижение объемов поставок происходило в условной изоляции от ценовых изменений нефтяного актива. Во-вторых, в этом году замедление европейской экономики стало более масштабным, что транслировалось и в более сдержанные показатели европейского спроса на российский газ.

Ослабление европейского газового спроса также обуславливало снижение объемов нефтегазовых доходов российского бюджета»,

— сообщил эксперт.

Руководитель рабочей группы по ценообразованию и рынкам при Министерстве энергетики РФ Вячеслав Мищенко, напротив, в интервью «НиК» указал, что заявления Силуанова вызывают больше вопросов, чем ответов. «Непонятно, что взято за основу их расчетов — недополученный доход по сравнению с чем, с прошлым годом? 2018 год является эталоном для нефтегазовых доходов?

Судя по всему, это популистское заявление Минфина о недополученной прибыли. Наполняемость бюджета должна рассчитываться исходя из запланированной цены»,

— напомнил эксперт.

Он считает, что Минфин всех запутал. «Согласно заложенной в бюджете цене нефти ($63,4 за баррель — прим. «НиК»), за 9 месяцев при средней цене нефти в $64,15 российский бюджет должен был получить чистый профицит за баррель в размере порядка 80 центов. Однако не совсем понятно, откуда они взяли прогноз о снижении цены до $62. Получается, что они принимают новую цену и дальше не собираются проводить мониторинг, а если на реальном спотовом рынке цены на нефть будут выше или еще больше упадут? Непонятно, каким образом они посчитали эти выпадающие доходы за год. С одной стороны, за 9 месяцев бюджет получил дополнительные доходы около 80 центов за баррель. Дальше они уменьшают прогнозные расчеты на текущий квартал на все те же 80 центов. Бюджет постоянно меняется», — заявил Мищенко.

При этом эксперт указал еще на один важный фактор, который в конечном итоге может иметь большое значение для нефтегазовых доходов страны. «В настоящее время российская нефтегазовая отрасль существует в состоянии налогового маневра. Смысл его заключается в том, что к 2024 году институт экспортной пошлины должен исчезнуть, поскольку он противоречит рыночным законам. В этой ситуации основная нагрузка ляжет на недропользователей, то есть на добычу. Останется только НДПИ — это очень болезненно и будет иметь массу последствий. Вводится также НДД, добавляется еще масса других налоговых факторов, в частности демпфирущие механизмы.

Таким образом, добычу нефти привязывают к совершенно “другому измерению” — к рынку нефтепродуктов. В настоящее время никто не понимает, как долго просуществует такое налогообложение и как оно скажется в целом на отрасли. Все эти факторы также влияют на доходы бюджета»,

— рассказал эксперт.

Заметим, что представители отрасли, опрошенные «НиК», сообщили, что они пытались получить от Минфина какие-то пояснения относительно способов расчета бюджетных нефтегазовых доходов. Однако финансовое ведомство их не предоставило.

Екатерина Вадимова

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter