SOCAR наращивает транснациональность
Аналитика

SOCAR наращивает транснациональность

14 июня 2019, 13:05Николай Проценко
Стратегическое партнерство SOCAR при банкротстве Антипинского НПЗ выглядит как очередной шаг экспансии компании на внешних рынках

Появление государственного нефтяного холдинга Азербайджана SOCAR в качестве стратегического партнера оказавшегося под банкротством Антипинского НПЗ выглядит как очередной шаг экспансии компании на внешних рынках. В орбиту транснациональных интересов SOCAR уже вошли многие соседи России — Турция, Грузия, Казахстан, Украина и Белоруссия, а главным акцентом работы за пределами Азербайджана становится диверсификация переработки и сбыта нефтепродуктов. Но нефтяные амбиции Азербайджана существенно ограничены как логистическим фактором, так и сравнительно небольшим объемом собственной нефтедобычи.

Не упустили момент

Сделка по вхождению SOCAR в капитал Антипинского НПЗ имеет сложную структуру. Новым владельцем 80% акций, ранее принадлежавших кипрской структуре Vikay Industrial Limited (ее бенефициарами считались бизнесмены Дмитрий Мазуров и Владимир Калашников), стала российская компания «Сокар Энергоресурс». Она на 60% принадлежит кипрской структуре азербайджанской компании Socar Russia Investments Ltd., владельцем еще 40% является Сбербанк через компанию «СБК Комплект».

Таким образом, эффективная доля SOCAR в Антипинском НПЗ составила 48%.

Об интересе азербайджанской компании к крупнейшему независимому НПЗ России стало известно в начале апреля, когда завод уже, можно сказать, был выставлен на смотрины, перейдя под фактический контроль Сбербанка, своего основного кредитора. Первым открыто обозначившим себя претендентом стал ЛУКОЙЛ, но переговоры не получили продолжения: как сообщалось в СМИ, камнем преткновения стала высокая долговая нагрузка. Весной завод, с 2018 г. испытывающий проблемы с поставками сырья, остановился, а затем подал на собственное банкротство.

По данным РБК со ссылкой на представителя Сбербанка, новые владельцы намерены запустить завод, обеспечив его бесперебойное функционирование. Цель — поставки нефтепродуктов на внутренний рынок и экспорт. Функции SOCAR пока обозначены как «институциональная экспертиза» и «операционное управление». Также обсуждается участие азербайджанской компании в обеспечении Антипинского НПЗ сырьем по давальческой схеме — это наиболее оптимальный вариант работы предприятия на период прохождения процедуры банкротства.

SOCAR давно искала вариант выйти на российский рынок, напоминает главный редактор информагентства «Интерфакс-Азербайджан» Анар Азизов. По его словам, существующая российская «дочка» азербайджанской госкомпании в большей степени осуществляла трейдерские операции, поэтому вхождение в Антипинский НПЗ является для SOCAR прецедентным проектом на российском направлении. До этого наиболее заметные усилия азербайджанского холдинга в России были действительно сосредоточены в области трейдинга. В конце 2016 г. стало известно, что компания SOCAR Trading получила контроль над частью перевалочных мощностей терминала ООО «СИБУР-Портэнерго» в порту Усть-Луга в Ленинградской области и намерена использовать его для перевалки легких дистиллятов, в первую очередь нафты, от российских поставщиков.

«С учетом того, что в России мало независимых НПЗ, пробиться на этот рынок было очень сложно, но SOCAR это удалось. Конечно, была политическая поддержка на уровне руководства двух стран,

— говорит Азизов. — Для SOCAR вообще важно расширение географии поставок и операций, особенно за рубежом, так как это очень выгодно для компании, прежде всего в финансовом отношении. Кроме того, есть элемент имиджевой выгоды, которую впоследствии можно трансформировать в финансовую выгоду. Поэтому компания будет продолжать такие операции на внешних рынках».

«Чтобы оценить, насколько знаковым событием является появление SOCAR на Антипинском НПЗ, нужно прежде всего понять условия сделки — продается ли этот актив с долгом или без него, — отмечает директор Группы корпоративных рейтингов АКРА Василий Танурков. — Приобретение завода с долгом было бы очень странным, учитывая очень высокий уровень закредитованности завода. Без долга же это очень интересный работающий актив, обещающий неплохую рентабельность и не требующий существенных вложений в производственную часть. В этом случае можно говорить не только о хорошей инвестиции для SOCAR, но и о диверсификации азербайджанской компании в сторону расширения переработки. Для SOCAR это достаточно логичный шаг, учитывая возможность прямых поставок сырья».

Однако пока, добавляет эксперт, утверждать, что SOCAR и дальше будет инвестировать в Россию, сложно:

«Если, например, оценить совокупные мощности НПЗ, к которым имела отношение группа „Новый поток“ (Антипинского, Афипского и Марийского), это очень большой объем, требующий крупных вложений. Не стоит ожидать и того, что SOCAR будет инвестировать в добычу нефти в России».

Турецкий дебют

Первые крупные проекты SOCAR в сфере нефтепереработки за пределами Азербайджана стартовали еще в те времена, когда цены на нефть уверенно держались в районе $100 за баррель. Еще в 2006 г. SOCAR и турецкая Turcas создали СП для развития нефтепереработки, нефтехимии и торговли природным газом в Турции, получившее 51% акций крупнейшего нефтехимического комплекса Petkim Petrokimya в провинции Измир. В 2011 г. было объявлено о планах SOCAR построить в этом же регионе нефтеперерабатывающий комплекс Star с объемом инвестиций $5,7 млрд (в дальнейшем сумма увеличилась до $6,3 млрд). Предполагалось, что предприятие не только поможет снизить дефицит горючего на турецком рынке, но и будет поставлять нефтепродукты (нафту и смешанный ксилен) для Petkim.

Однако реализация проекта затянулась: на его пути встала турецкая компания Buhar Enegy, имевшая лицензию на геотермальные разработки на участке, где планировалось построить НПЗ. Чтобы преодолеть сопротивление, в Турции даже пришлось принимать специальный нормативный акт об отзыве геотермальных лицензий, «исходя из соображений общественного блага и потребностей экономики», который местная пресса сразу назвала «законом SOCAR». В результате проволочек строительство фактически началось уже после падения мировых цен на нефть, а открытие предприятия состоялось 19 октября 2018 г.

Заявленная мощность НПЗ в Измире составляет 10 млн т сырья в год, а главным его поставщиком выступает, конечно же, SOCAR. Основной продукт производства — дизтопливо в объеме 5 млн т в год, что должно снизить уровень импортного дизеля на турецком рынке до 40%. В зависимости от цены на нефть НПЗ Star ежегодно будет формировать объем торговли нефтепродуктами в $6–8 млрд. Также при открытии предприятия отмечалось, что SOCAR с ее портфелем проектов в $19,5 млрд является крупнейшим иностранным инвестором в истории Турции.

«Турция и Азербайджан вместе пишут энергетическую историю XXI века», — заявил министр энергетики и природных ресурсов Турции Фатих Донмез.

Любопытно, что одновременно с огромными усилиями и инвестициями, брошенными на турецкий мегапроект, SOCAR не слишком жаловала «домашнюю» переработку.

Еще в начале 2015 г., напоминает независимый аналитик топливно-энергетического рынка Александр Полыгалов, был закрыт один из двух азербайджанских НПЗ «Азернефтьяг», который специализировался на выпуске темных нефтепродуктов, иными словами, технически отставал от российского и тем более европейского уровня нефтепереработки. Объяснялось это целями «совершенствования и оптимизации структуры компании, а также организации управления нефтеперерабатывающего процесса из единого центра».

Формально «Азернефтьяг» объединен с Бакинским НПЗ имени Гейдара Алиева, также требующим серьезной модернизации. Первоначально стоимость реконструкции завода оценивалась в $1,5 млрд, однако к весне 2018 г. увеличилась до $2,2 млрд.

«По реконструкции старых установок никто из подрядчиков не берет на себя риск подписать контракты с фиксированной стоимостью работ — могут быть непредвиденные расходы», — пояснял год назад советник вице-президента SOCAR по стратегическому развитию Теймур Алиев. Предполагается, что реконструкция Бакинского НПЗ будет завершена в начале 2021 г. с вводом новых установок для выпуска бензина марок AI-92/95/98 по стандартам Euro-5. При этом за весь последний период низких нефтяных цен производство нефтепродуктов в Азербайджане заметно снизилось — с 5,31 млн т в 2014 г. до 4,76 млн т в 2018 г.

Партнеры с повышенным риском

Если исключить традиционно дружественную Азербайджану Турцию, где проекты SOCAR априори получают «зеленый свет», основным пространством для компании остается постсоветское пространство. Здесь SOCAR наиболее активно действовала в Казахстане и Грузии, отмечает Полыгалов, и в обоих случаях эта активность была в основном связана с экспортом нефти в Европу по трубопроводу Баку — Тбилиси — Джейхан. Грузия рассматривалась как ключевой транзитер на пути в Турцию и оттуда в Европу, а Казахстан — в качестве источника для наполнения трубопровода.

Еще одной важной точкой в экспансии SOCAR стала Украина. На сегодняшний день азербайджанская госкомпания — крупнейший и практически безальтернативный поставщик нефти в страну, главным образом для переработки на Кременчугском НПЗ, единственном работающем украинском заводе.

Для понимания места SOCAR на украинском рынке нефти можно привести такую статистику: за 5 месяцев 2018 г. Украина импортировала нефти на $205,5 млн, из которых $194,4 млн пришлись на Азербайджан.

С Украиной азербайджанские нефтяники уже много лет связывают большие планы экспансии. В 2009 г. SOCAR вошла на розничный рынок нефтепродуктов Украины, купив 17 АЗС в Николаевской и Одесской областях, и уже весной 2013 г. заявила о планах расширения сети до сотни заправок. Реализовать планы не удалось: через несколько месяцев на Украине разразился политический кризис с хорошо известными последствиями. Но лояльную клиентуру азербайджанцы на Украине получили. В 2017 г., например, SOCAR была признана лучшей сетью украинских АЗС в рамках национального рейтинга торговых марок «Фавориты успеха».

Сложной задачей для SOCAR оказалось и наращивание импорта нефти для переработки на Украине. В начале 2017 г. холдинг «Укртатнафта», в состав которого входит Кременчугский НПЗ, заявил о планах существенно нарастить переработку на предприятии, для чего в Азербайджане было законтрактовано 1,3 млн т нефти. По факту выбрать удалось только 960 тыс. т. Кроме того, добавляет Полыгалов, Азербайджан участвовал в поставках на Украину СПГ, выступая в качестве посредника: сначала поставки шли из Польши, а затем — из Казахстана, с месторождения «ТенгизШеврОйл».

После того как с 1 июня Россия ввела ограничения на ввоз на Украину нефтепродуктов, увеличение поставок нефти из Азербайджана может вновь оказаться актуальным.

Дополнительным фактором в пользу этого может стать возвращение на Украину миллиардера Игоря Коломойского, чьи интересы в нефтяном бизнесе были существенно потеснены при экс-президенте Петре Порошенко. Теперь же, с избранием Владимира Зеленского, которого только ленивый не называл марионеткой Коломойского, нефтяная ось Киев — Баку получает шанс на укрепление.

«Полагаю, SOCAR может проявить интерес к увеличению поставок на Кременчугский НПЗ. Возможно, встречный интерес есть у группы „Приват“ Коломойского, владеющей этим НПЗ и нефтегаванью в Одесском порту, — отмечает киевский экономический аналитик Денис Гаевский. — Но каспийская нефть законтрактована на месяцы вперед, свободных объемов у Азербайджана мало. Тем не менее свою сеть АЗС на Украине SOCAR, конечно, развивать будет — по уровню сервиса она входит в тройку лучших по стране».

Интерес к сотрудничеству с Азербайджаном регулярно проявляет Белоруссия, особенно в моменты обострения отношений с Россией, когда президент Александр Лукашенко требует найти альтернативных поставщиков сырья для НПЗ. В конце 2016 г. было объявлено о приобретении в Азербайджане 85 тыс. т нефти для Мозырского НПЗ в связи с недозагрузкой российским сырьем.

Но всякий раз, когда отношения Беларуси с Россией налаживались до очередного кризиса, необходимость в азербайджанской нефти отпадала из-за сложностей доставки.

Самый короткий маршрут — морем до Одессы и далее железной дорогой — гораздо затратнее, чем поставки по «трубе» из России.

«На постсоветском пространстве SOCAR не прочь осуществлять поставки нефти и нефтепродуктов, но тут многое зависит от имеющейся логистики, — говорит Азизов. — Легче всего это делать в Грузии. Кроме того, Азербайджан является основным поставщиком нефти на Украину. В Белоруссию же из-за сложностей логистики поставки оказались финансово невыгодными. В принципе, отношения Украины и Белоруссии больше завязаны на финансовую составляющую, нежели на политическую. Да, учитывая политические взаимосвязи, азербайджанская сторона может давать некоторые скидки, но не слишком большие. Если будет выгодно, SOCAR с удовольствием выйдет на эти рынки. Если финансовой выгоды не будет, такие проекты бывают скоротечными».

Оценивать перспективы работы SOCAR на Украине очень сложно, отмечает Танурков, хотя рынок может быть очень интересен, если бы не политические риски.

«В условиях политических пертурбаций инвестиции в украинские активы могут привести к непредвиденным последствиям, — добавляет он. — Белоруссия — это более стабильный и надежный партнер, и расширение взаимодействия с Белоруссией может дать SOCAR выход на украинский рынок. Белоруссия покрывает за счет своих НПЗ собственное потребление нефтепродуктов, и вложения в ее активы могут быть обоснованными именно с прицелом на Украину. Отношения Белоруссии и Украины по поставкам топлива пока стабильны, но как долго они сохранятся в этом состоянии — непонятно».

«Азербайджан регулярно „заходит“ на нефтегазовый рынок стран постсоветского пространства, которые по каким-то причинам, в основном идеологическим и политическим, не хотят, чтобы на нем присутствовала Россия,

— резюмирует Полыгалов. — Но при этом надо понимать, что, несмотря на очень сильное влияние нефтяного сектора на экономику Азербайджана, в абсолютных показателях Азербайджан и SOCAR — это далеко не самые крупные игроки. Годовая добыча нефти Азербайджана меньше объемов, добываемых одной российской компанией вроде „Сургутнефтегаза“ или „Газпром нефти“. Кроме того, SOCAR на каспийских месторождениях действует не самостоятельно, а в тесной связке с ВР, Statoil и т. д. Таким образом, в реальности гипотетическая постсоветская страна, желающая уйти от „нефтяной зависимости от России“, может рассчитывать лишь на те объемы азербайджанской нефти, которые останутся после поставок на более маржинальный европейский рынок».

Николай Проценко

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter