Маленькая девочка в большой политике или Технологии медиатизации протеста
Аналитика

Маленькая девочка в большой политике или Технологии медиатизации протеста

13 апреля , 14:23Семед Cемедов, Виктория Сухарева / РАНХиГС
Благодаря Грете Тунберг проблема медиатизации и театрализации политики приобрела особую актуальность

«Грета Тунберг — разгневанная девочка в борьбе за Землю»

Происходящее вокруг Греты Тунберг многие рассматривают как пену на серьезной международной повестке, шоу-бизнес, недостойный серьезных исследований. Но благодаря Грете Тунберг проблема медиатизации и театрализации политики приобрела особую актуальность. В эпоху социальных медиа любое публичное действие автоматически превращается в шоу. Работает один из наиболее распространенных приемов современной манипуляции — прием отвлечения внимания. Яркое театральное представление на всех площадках современных медиа собирает зевак, и под этим прикрытием можно протащить любую идею и «любого Троянского коня», а за образом «разгневанной девочки» стоять серьезные политические и экономические интересы.

Тренд 2019 года. Борьба за экологию.

В 2019 году главным словом по мнению британского словаря Коллинза стало словосочетание «climate strike» («климатическая забастовка»). За год частота его использования увеличилась в 100 раз. Впервые термин использовали в 2015 году для обозначения протестных акций в Париже, приуроченных к Конференции ООН по изменению климата. Но модными «климатические забастовки» стали благодаря шведской школьнице Грете Тунберг, которая в 2018 году начала еженедельные акции протеста у шведского парламента, призывая мир развернуть активную борьбу против изменения климата.

Тенденция роста популярности экологической темы в повседневном дискурсе населения планеты наблюдается уже несколько лет.

В 2019 году многие «слова года» оказались связаны с экологической проблематикой: «climate emergency» («чрезвычайная климатическая ситуация» — Оксфордский словарь), «rewilding» («возвращение местности в дикое природное состояние» — словарь Коллинза), «upcycling» («повторное использование материалов», «создание новых вещей из переработанных или получивших „вторую жизнь“ материалов» — Кембриджский словарь) и многие другие.

Впрочем, для понимания происходящего сегодня в мире также важно и главное слово 2017 года по версии Оксфордского словаря — «youthquake» («политическое пробуждение миллениалов» или «перемены в обществе, идущие от молодежи»).

Все эти слова точно обозначают главный тренд 2019 года — «youthquake through existential climate strike»: «перемены в обществе, связанные с экзистенциальной борьбой молодежи за экологию».

Экология давно перестала быть «чистой» идеей. Экологи из благородных борцов за спасение природы постепенно превратились в инструмент неполитического и неэкономического воздействия на бизнес, политику, международные отношения.

Идеи требуют героев, которые будут их популяризировать, формируя тренд, наполняя его жизнью и эмоциями, которые в свою очередь будут подпитывать последователей, укрепляя их в вере. И за трендом последуют политические и экономические интересы, которые быстро определят выгоду от использования человеческих потребностей и финансовыми вложениями направят их в «правильное» русло.

Грета Тунберг как явление — продукт кризиса идентичности и целеполагания, который хорошо срежиссирован и развернут в сторону конкретных политических и бизнес интересов. И весьма интересно проследить технологии продюсирования проекта «Грета Тунберг» — разгневанной девочки, которая борется за будущее Земли.

Многие готовы молиться на Грету Тунберг

Грета Тунберг. История публичного появления.

В августе 2018 года у здания шведского парламента в Стокгольме появилась девочка с плакатом «Школьная забастовка за климат» и пачкой листовок, объясняющих, почему она прогуливает школу в одиночном пикете: «Меня зовут Грета и я учусь в девятом классе.[…] Я делаю это, потому что вам, взрослым, плевать на мое будущее». Также она заявила, что не будет ходить в школу по пятницам, пока власти Швеции не начнут соблюдать Парижские соглашения по климату.

В тот же день информация о девочке попала в социальные сети. В течении недели о забастовке рассказали ведущие шведские СМИ, члены парламента выразили Грете поддержку, а к протесту присоединилось несколько десятков человек.

Грета начала прогуливать школу каждую пятницу. «Школьная забастовка за климат» переросла в движение «Fridays For Future» («Пятницы ради будущего»). Девочка размещала в социальных сетях фото и тексты с хештегами #FridaysForFuture и #ClimateStrike и призывала всех следовать ее примеру. Постепенно к ее акциям стала подключаться молодежь из других стран. В январе 2020 года на страницу Греты Тинтин Элеоноры Эрнман Тунберг в Facebook было подписано 2,7 млн человек, на страницу в Instagram — 9,9 млн, в Twitter — 4 млн.

Журнал «Time» назвал 16-летнюю Грету Тунберг «Человеком 2019 года», впервые выбрав «человеком года» подростка. На обложке журнала — фото Греты, стоящей на утесе в бушующих волнах, и надпись: «Грета Тунберг — сила молодости». Главный редактор журнала «Time» Эдвард Фельзенталь объяснил свой выбор так: «[…] Грета — образ целого поколения. […] Звание, присуждающееся уже 92 года, уходит корнями в теорию великого человека, представление, что мир формируют выдающиеся личности. Исторически подразумевалось, что люди карабкаются вверх по карьерной лестнице крупных организаций и входят в кулуары власти. Но в момент, когда традиционные институты нас подводят, на фоне ошеломляющего неравенства, общественных потрясений и политического паралича мы видим новые формы влияния. Это люди наподобие Тунберг, лидеры, чьи мотивы и идеалы не вписываются в привычные представления, но трогают нас сильнее всякой организации».

Удивительно мощный эффект для человека, прогуливающего школу.

Мало кто может похвастаться таким количеством званий и наград

Приемы сериальной драматургии в политике

Использование приемов сериальной драматургии в медиатизации политики весьма популярно. Большая игра требует мощной эмоциональной подпитки.

Для начала надо выбрать героя. Он должен вызывать эмоции сразу и отдельно от того, что он делает. В идеале — герой еще ничего не сделал, а эмоции уже появились. Герой, с одной стороны, должен быть «своим», «соседом». Но при этом у него должна быть яркая отличительная черта: физические отклонения, неизлечимые заболевания, редкая национальность или цвет кожи, сложная половая идентичность, тяжелая судьба (неполная семья, детдом и пр.) — все, что способно спродюсировать жалость, сострадание и т. н. «WOW (вау) — эффект», придать герою исключительность, выделить его из толпы.

Пережитый героем некий «особенный» опыт должен объяснять, почему он стал «иным», не как все, лидером, и пошел делать то, что другие делать не стали. Осознание глобальной проблемы через личный опыт должно стать мотиватором его поступков. Тогда уровень сопричастности зрителей будет высоким. Люди не любят мутных историй без объяснений. Чтобы человек не задавал лишних вопросов, объяснения надо дать сразу.

Типаж Греты подходит под главное условие построения успешного сюжета как нельзя лучше — она «своя» и вызывает эмоции. Хотя ее и «подвела» родословная.

В идеале Грета должна быть из несчастной семьи, ее должна воспитывать мать-одиночка, бабушка или она вообще должна быть сиротой. Грета должна была нуждаться и через лишения познать всю несправедливость мирового устройства.

Но тут пришлось отойти от идеального драматического шаблона и пойти на компромисс с реальностью. Отец Греты — актер, мать — известная в Швеции оперная певица, участвовала в Евровидении, дедушка был актером и медиапродюсером. Семья преуспевает.

Впрочем, это благополучие в глазах зрителей компенсируется фактом болезни Греты. Она особенный ребенок. И она это не скрывает, открыто рассказывает о своих особенностях и перечисляет свои диагнозы. Например, во время выступления на Ted x Stockholm.

У Греты синдром Аспергера и набор сопутствующих ему психических расстройств. Другими словами — легкая форма аутизма, сопровождаемая трудностями в общении и социализации. У больных с таким диагнозом хорошо развита речь, они обладают богатым словарным запасом и высоким интеллектом. Но к бытовой коммуникации они не расположены. Такие люди говорят, только когда считают нужным. И способны маниакально концентрироваться на одном, только им интересном вопросе. Этим они могут заниматься круглые сутки с невероятным упорством. Они обладают хорошей памятью и особым вниманием к деталям, и в том, что их увлекает, добиваются высоких результатов. При этом такие люди не способны воспринимать другое мнение. Их суждения предельно категоричны. Врачи рекомендуют отвлекать пациента от той деятельности, которую он выбрал своей единственной стезей, и развивать интерес к обычной жизни. Иначе болезнь может совсем разрушить личность.

В случае с Гретой Тунберг болезнь сделали ее брендовой чертой. В семейных мемуарах «Сцены от всего сердца» (Scenes from the Heart) мать Греты Тунберг назвала синдром Аспергера, который был диагностирован у девочки, «сверхсилой».

Именно болезнь помогла Грете понять, что Землю нужно спасать. Несколько лет назад ее настолько шокировали проблемы климата, что у нее началась депрессия. Она перестала есть. Родители не смогли ничего сделать с ее отчаянием и поддержали ее: тоже перестали есть мясо, летать самолетами, отказались от части благ цивилизации.

А Грета начала борьбу за спасение Земли: «Болезнь сделала меня другой, и я считаю, что быть не такой, как все, это — дар. Это помогает мне взглянуть на вещи под другим углом. Меня трудно обмануть, я вижу вещи в истинном свете. Моя особенность позволяет мне мыслить нестандартно и смотреть на мир категоричнее. Так я острее понимаю, что плохо, а что хорошо. И если бы я была такой, как все, я не начала бы забастовку».

Такой поворот сюжета даже более удачен. Болезнь, как возможность для развития, и ее преодоление сегодня в тренде. В эпоху провозглашённых равных возможностей такие люди своим существованием доказывают, что ментальные и физические особенности — не препятствие для активной и насыщенной жизни.

И для драматургических поворотов сценария болезнь в этой «комплектации» очень подходит. Углы острее. Реакции жестче. А главное, болезнь — мощное прикрытие. Когда оппоненты пытаются задать Грете неудобные вопросы, Грета надевает шапочку, и коммуникация прекращается. Мол, девочка устала. Вопрос закрыт.

А еще болезнь — это инструмент формирования стыда у взрослых: как можно дальше продолжать свою деятельность, если больной ребенок находит в себе силы поступать правильно и бороться, а ты — сильный мужик-политик — оказываешься заложником навязанных правил игры?!

Маленькие девочки в большой политике

Маленькие девочки в большой политике — явление не новое.

На каждом витке человеческого развития миру нужна условная девочка, борющаяся за мир, и, желательно, гибнущая во искупление его грехов. Мальчики, как будущие мужчины/воины/защитники, архетипически хуже работают в качестве символа веры. А к девочкам в политике у мировой общественности особенное отношение. Именно девочка, «глаголющая истины», вызывает умиление и восхищение. Возможно, это связано с родовыми психотравмами цивилизации: если девочка, будущая мать — невинная и чистая — выходит на «тропу войны» и начинает бороться за мировое благополучие, значит, дело совсем плохо и надо прислушаться. Исторических примеров множество: Жанна д’Арк (19 лет), Анна Франк (15 лет — свидетель страшной истории II Мировой войны), девочки-пионеры-герои, из относительно свежих примеров — Малала Юсуфзай (пакистанская девушка, которая в 11 лет завела блог, в котором рассказывала о зверствах талибов в ее деревне и о правах женщин в консервативном мусульманском обществе) и пр.

Но время «милых девочек», впрочем, как и время «девочек-жертв» из мусульманских стран прошло. Как это ни цинично звучит — они, как и дети-сироты, уже не создают нужного WOW-эффекта. Эпоха социальных сетей требует нового типажа.

Концепция «злая девочка»

Грета Тунберг — некрасивая и «злая девочка» «из толпы». Круглое, очень простое лицо. Серьёзная. Улыбается редко. Две косички, заплетенные без изыска и намека на модность. Очень простая одежда: кроссовки, джинсы, мятые рубашки, часто в клетку. Такая девчонка-пацанка из соседней квартиры, которая разозлилась, встала и, как была «в домашнем», пошла защищать мир от экологической катастрофы.

Грета не заигрывает и не пытается понравиться. Резкая, прямолинейная, без намека на кокетство. «Не милая» девочка. Ей и не нужно быть милой. Это не входит в сценарий.

Ее сила в протесте. Она — символ протеста. А протест должен быть не причесанный, естественный, мятый и с изъянами.

Тунберг готова испепелить Дональда Трампа

Неприкрытый гнев, недовольство, отсутствие политеса — в большой политике это свежий тренд. Здесь не принято откровенно демонстрировать сильные чувства. Особенно на официальных площадках. Есть дипломатический протокол и этикет. И образ «разгневанной девочки» хорошо вписался в международную повестку и политическую моду на фриков.

Апофеозом нового уличного пацанского «героизма» стало выступление Тунберг перед мировыми лидерами на саммите ООН по климату в Нью-Йорке 23 сентября 2019 года, когда Грета обвинила мировое сообщество в том, что они «украли ее детство». Выступление Греты было эффектным. Весь мир облетела яркая картинка. Лицо крупным планом. Розовая рубашка на фоне черных строгих костюмов других спикеров. Глаза ребенка, наполненные слезами гнева и возмущения. Срывающийся голос. Лаконичный и персонифицированный текст, изобилующий прямыми обращениями. Все это хорошо сработало на нагнетание необходимого сериального психологизма.

Семед Семедов, д. ф. н., профессор РАНХиГС

Виктория Сухарева, к. ф.н, преподаватель РАНХиГС

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter